Иван развернулся, вышел из зала и направился в помещение, на двери которого был изображен мужской силуэт. Туалет был отделан с бьющей в глаза роскошью – всюду натуральный мрамор, сверкающий хром и позолота, под потолком сиял хрустальный светильник. Видимо, вслед за Станиславским, который говорил, что театр начинается с вешалки, проектировщик «Подвальчика» считал, что ресторан начинается с туалета. В дополнение к роскошной отделке из скрытого в стене динамика доносились звуки итальянской эстрадной музыки. Кажется, это был Адриано Челентано.

Не успел Иван туда войти, как дверь снова приоткрылась и появился Борис. Лицо его было бледным, губы тряслись.

– Ты не понимаешь, что происходит! – быстро заговорил он. – Тебе лучше уйти! Это такие страшные люди…

Иван схватил бывшего компаньона за лацканы пиджака, встряхнул и прорычал:

– Кто убил Ирину?

– Я ничего не знаю! – выкрикнул Борис, пытаясь вывернуться. – Я тут ни при чем!

– Ни при чем? – рявкнул Иван. – И ты не пытался продать фабрику у меня за спиной?

– За спиной, – повторил Борис с каким-то странным выражением.

В эту минуту Иван увидел в сверкающей сушилке для рук искаженное отражение человека, подкрадывающегося к нему сзади. Он резко развернулся, все еще держа Бориса за лацканы, и увидел того самого коротышку с лицом старой злой обезьяны. В руке у него был нож, на губах играла плотоядная улыбка.

– Кого мы видим! – проскрипел коротышка, размахивая ножом. – Надо же, мы тебя караулили возле теткиного дома, а ты вот где появился! На ловца и зверь бежит! Ну, шеф будет доволен!

Раздумывать было некогда. Почувствовав мощный прилив адреналина, Иван оттолкнул своего компаньона, и тот, пролетев до угла, мешком сполз на пол, затем схватил позолоченный контейнер для мусора и одним движением нахлобучил его на голову злобного коротышки. Злоумышленник от неожиданности замахал руками, споткнулся и упал на кафельный пол. При этом из кармана у него выпал спичечный коробок. У Ивана промелькнула какая-то мысль, связанная с этим коробком, но додумать ее он не успел, потому что дверь снова приоткрылась и на пороге возник здоровенный детина с крошечной головой, лежащей прямо на плечах, без намека на шею. Маленькие, близко посаженные глазки верзилы горели яростью, в руке он держал огромный черный пистолет с навинченным на ствол глушителем.

– Ты Шурупа завалил? Урою гада! – завопил верзила и направил дуло пистолета в грудь Ивана.

Счет шел не на секунды, а на десятые или даже сотые доли. Палец верзилы уже лежал на спусковом крючке, да и коротышка начал приходить в себя. Почувствовав новый прилив адреналина, Иван схватил тот же самый мусорный контейнер и запустил его в светильник. Послышался грохот, посыпался бьющийся хрусталь, и в помещении стало темно, как в желудке у кашалота. Только хрипловатый голос Челентано все еще звучал из динамиков. Внезапно темноту одна за другой прорезали три вспышки и раздались три негромких хлопка – верзила наугад стрелял в то место, где только что находился Иван.

Сам Иван успел отскочить в сторону и пригнуться, так что пули его не задели, но он понимал, что не вечно ему будет так везти. Выскочить в коридор? Но как только он окажется на фоне открытой двери, превратится в отличную мишень. Если только…

Иван пошарил по полу, надеясь найти мусорный контейнер, который уже дважды послужил ему оружием, но вместо него нашарил спичечный коробок. Здраво рассудив, что в темноте это очень полезная вещь, сунул коробок в карман и, отступив немного в сторону, наткнулся на контейнер.

Он предательски загремел, и тут же раздался еще один выстрел.

Пуля не задела Ивана, но он успел схватить контейнер и ударил им в стену – тут же прозвучал еще один выстрел.