Только теперь она услышала отчаянный, надрывный лай Сейко и Ролекса. Лилиан кинулась к окну рядом с входной дверью.

– Дэвид!

– Кто?

– Ну, помощник шерифа, которого вы называли моим любовником. Вам снова придется спрятаться.

Выругавшись, Трейс кинулся в спальню. Если бы не записка от Харпа, его бы давно уже здесь не было.

И куда бы ты пошел, осел?

Да, идти действительно было некуда.

На этот раз Трейс не стал прятаться под кровать. Он залез в гардероб в комнате для гостей и прикрыл за собой дверцу. Через несколько секунд послышался звук открывающейся двери и голоса. Трейс сразу узнал голос Дэвида. В доме Лилиан была прекрасная слышимость.

Дэвид пришел по настоянию жены узнать, как дела у Лилиан. В конце концов, по району бродит убийца.

«Да, действительно, – подумал Трейс, – только этот убийца – не он. А он вовсе не бродит – заперт в доме с котом, от которого чихает, и с женщиной, которая… в общем, с женщиной, с которой его не стоило запирать в одном доме».

Убийцей был Рэкли. И Рэкли гуляет на свободе. Трудно представить себе более грязного типа. Замешан в торговле наркотиками, убил федерального агента. Обвиняет ни в чем не повинных людей. Больше всего на свете Трейс ненавидел копов, ведущих двойную игру.

Если не считать копов, пристающих с пошлыми шуточками к Лилиан Робертс. Трейс понимал: то, что он слышит из гостиной, – обычная пикировка двух старых друзей. Тогда почему же ему так захотелось вдруг ворваться в комнату и врезать этому Дэвиду по физиономии?

Когда по телевизору передавали пятичасовые новости, Лилиан скосила глаза, чтобы понаблюдать за реакцией Трейса. Он по-прежнему был одной из главных новостей.

Трейс переносил свою известность вполне спокойно, если вспомнить, что думал о нем весь штат. Только губы его были сжаты чуть плотнее обычного да пульсировала жилка на подбородке. Если бы не это, Лилиан вообще не догадалась бы, что Трейс что-то слышал.

Поиски сосредоточились вокруг магазина в Джектауне, около которого Трейс забрался в фургон Лилиан. Магазин находился примерно в трех милях от ее дома. Разумеется, полицейские не знали, что Трейс уехал оттуда в чьей-то машине, и считали, что он по-прежнему находится где-то в том районе.

Репортер выразил надежду на то, что раненому беглецу не удастся уйти далеко.

Как только закончились новости, начал трезвонить телефон. За полчаса Лилиан позвонили человека три.

– Кто на этот раз? – спросил Трейс, когда она повесила трубку после третьего звонка.

– Директор школы.

– Он тоже звонил, чтобы убедиться, что вы в порядке, как и остальные соседи?

Лилиан кивнула.

Трейс покачал головой и рассмеялся.

– Господи, мисс Начальные классы, неужели вы обвели их всех вокруг пальца?

– О чем вы говорите?

– Ваша мать, соседи, директор, не говоря уже о любовничке из полиции, – все ведут себя так, будто вы – маленькая слабая женщина, которая не может сама о себе позаботиться.

– Они просто беспокоятся обо мне.

– Именно так. И это очень забавно. Судя по тому, что я прочел в ваших книгах, вы знаете о законе, о психологии преступников и о том, как о себе позаботиться, гораздо лучше меня.

– Если, по-вашему, я так хорошо умею заботиться о себе, – сердито произнесла Лилиан, – то как вам удалось проникнуть в мой дом?

– Вы вели себя не так уж плохо. Вам почти удалось добежать до двери. И вы чуть не сняли наручники.

Лилиан густо покраснела, вспомнив, каким образом пришлось добывать ключ от этих самых наручников.

– Я вижу, вы это помните.