Изменить размер шрифта - +
Райан, не глядя по сторонам, прошёл мимо них. Два агента, шедшие впереди, расчищали ему путь среди репортёров, настолько потрясённых случившимся, что они всего лишь прильнули к объективам своих камер и не задали ни единого вопроса. Это, без тени улыбки подумал Райан, поразительное событие уже само по себе. Ему даже не пришло в голову, что выражение его лица отнюдь не побуждало репортёров задавать вопросы. Клетка лифта с открытыми дверями ожидала его, и через тридцать секунд Райан вышел в просторный вестибюль. В нём не было никого, кроме агентов Секретной службы, причём больше половины из них держали наготове автоматы с направленными вверх стволами. Должно быть, они успели приехать откуда‑то, подумал Джек, их сейчас гораздо больше, чем двадцать минут назад. Затем он увидел группу морских пехотинцев, одетых наспех. Многие из них явно зябли в одних красных майках и камуфляжных брюках.

– Мы решили, что дополнительная безопасность не помешает, – объяснила Прайс. – Я запросила подкрепление из казарм морской пехоты.

– Правильно, – кивнул Райан. Никто не сочтёт унизительным, что президент Соединённых Штатов в такой момент окружён морскими пехотинцами. Они выглядели мальчишками, это верно, но их молодые лица не выражали никаких эмоций – именно такими должны быть солдаты с оружием в руках. Их глаза ощупывали окружающие улицы с выражением, которое походило на взгляд сторожевых собак, а руки крепко сжимали автоматы. У двери, беседуя с агентом Секретной службы, стоял капитан. При виде Райана капитан морской пехоты выпрямился и приложил руку к козырьку. Значит, он тоже считает меня президентом, подумал Джек. Райан кивнул и направился к ближайшему «хаммеру»[1].

– К Холму, – коротко скомандовал он.

Они подъехали к Капитолийскому холму быстрее, чем он ожидал. Полицейские кордоны перекрыли ближайшие улицы, и повсюду виднелись пожарные автомобили – судя по всему, здесь собрались пожарные со всей столицы, хотя это и не имело теперь особого значения. Впереди с включённой мигалкой и ревущей сиреной ехал «сабербан» Секретной службы – огромная машина, похожая скорее на маленький автобус, чем на легковой автомобиль. Агенты личной охраны проклинали, по‑видимому, на чём свет стоит импульсивные действия своего нового «босса» – так они называли президента между собой.

Удивительно, но хвостовое оперение японского Боинга‑747 уцелело, по крайней мере вертикальный киль торчал, словно оперение стрелы, вонзившейся в бок мёртвого животного. Райана поразило, что пожар продолжался. В конце концов, Капитолий был каменным зданием, но внутри находилась деревянная мебель и огромное количество бумаг, а также одному Богу известно что ещё, что давало пищу огню. Над головой кружились военные вертолёты, похожие на мотыльков, их несущие винты отражали оранжевый цвет пожара обратно на землю. Здесь и там стояли красно‑белые пожарные машины, повсюду мелькали их сигнальные красные и белые фонари, соответственно окрашивая все ещё поднимавшиеся к небу дым и пар. Пожарные носились взад‑вперёд, а по земле змеились бесчисленные шланги, присоединённые ко всем пожарным гидрантам, расположенным поблизости. Из многих соединений вырывались фонтанчики воды, быстро замерзающей в морозном ночном воздухе.

Южное крыло Капитолия было разрушено до основания. Можно было разглядеть ведущие к нему ступени, однако колонны и крыша рухнули, а зал заседаний нижней палаты представлял собой кратер, скрытый за белыми каменными ступенями, обгоревшими и почерневшими от сажи. Сам купол Капитолия походил на скелет. Его своды сохранились, они были сделаны из кованого железа ещё во времена Гражданской войны, и отчасти выдержали мощный удар. Именно здесь, в центре здания, велась борьба с огнём. Из множества рукавов и с земли, и с выдвинутых автомеханических лестниц и вышек развалины поливали водой, стараясь остановить распространение огня, хотя оттуда, где стоял Райан, трудно было судить, насколько успешными были эти усилия.

Быстрый переход
Мы в Instagram