— Варя знала о нем?

— Конечно! Потому и бесилась. Представляете, раньше она его в постели матери видела, а потом он у нее экзамены принимал, лекции читал. Только к своим научным "открытиям", он не имел никакого отношения. Девчонке вообще несладко пришлось в этой жизни. Семейка еще та.

Что же касается Марьяны, то он ее использовал, как и всех вокруг. Марьяна была пропуском к деньгам ее бывшего мужа. Вы знаете, что у тишайшего профессора Самойлова есть кругленький счет в банке, доставшийся ему после смерти его первой жены. Следующей жертвой после Субботина должны были стать вы, вас бы просто упекли в тюрьму за серию убийств, а потом… На свете слишком много людей, желающих с выгодой использовать сложившиеся обстоятельства.

— Но теперь он у нас в руках! — Константин Григорьевич довольно хлопнул Мо по плечу. — Всего-то и осталось, что взять его с поличным.

У них были такие довольные мальчишеские физиономии, что захотелось тут же стереть эти улыбки.

— М-м, а как брать-то будете, с поличным? Доказательств у вас все равно нет. Только подозрения. А их к делу не пришпилишь.

Молчание было ответом. Доказательств у нас нет. В отличие от подозрений. Как ни крути, но придется мне идти на встречу со смертью. В качестве живца. В белом костюме и на высоких каблуках.

ГЛАВА 22

Ночью все кошки серы. И трудно найти ту, которая тебе в нужный момент особенно нужна. Особенно, если ее нет поблизости.

Ночью нервы особенно напряжены. Особенно, если в глубине души ты испытываешь страх. Страх провала. Ты загоняешь его на дно, давишь логикой и убеждениями, опутываешь парами алкоголя. Но он все равно вылезает наружу. Липкий. Потный. Холодный и отвратительный.

Но, к счастью, сейчас не ночь. Вечер. Вечер трудного дня, который для кого-то станет последним. Очень хочется курить, но нельзя. Сигаретный дым сразу же его выдаст, к тому же на всем факультете установлена противодымная защита. А вот выпить можно. Банка холодного пива — не опьянит, но прочистит мозги, а также снимет напряжение. Главное, чтобы в ответственный момент организм не подвел. Но организм не подведет, пока не свершится задуманное. Проверено. Причем неоднократно.

Ему всегда нравился один и тот же сюжет: загнанный обстоятельствами человек, пытается выкарабкаться и победить. "Граф Монте-Кристо", "Беглец", "Иллюзия убийства", "Фирма", "Если наступит завтра", "Бегущий человек", многочисленные поделки в стиле фэнтези, книги и фильмы — уже и не вспомнить, сколько вариаций этого сюжета он пропустил через себя, впитывая банальные хитросплетения. Кому-то помогала магия, кому-то пуля, кому-то случайный человек, открывающий дверь в мир власти и богатства. Ему никто не помогал: в этой стране не работают законы жанра. В этой стране вообще никакие законы не работают. Кроме законов убийства. Убийство делает тебя сильным, не столько физически, сколько нравственно. Словно старая кожа, отпадают догмы и правила, обиды и узелки предательств. Отнимая чужую жизнь, ты возрождаешься, становишься сильным и непобедимым. Но смерть — есть наркотик, поддавшись ему, ты уже не можешь убежать из цепких лап. Смерть бьет навылет. Прямо в сердце. Или в душу. Тут уж как повезет.