Она отправилась колесить по миру. А когда вернулась два годя спустя, Лиз и Патрик уже были парой.

Глядя на них, она, как мантру, повторяла про себя одни и те же слова: «Значит, так суждено». Они подходили друг другу – Патрик с его улыбкой из рекламы зубной пасты и Лиз с ее одержимостью работой и любовью к порядку.

Но каждый раз, оставаясь с Патриком наедине, Джони улавливала проскальзывающую между ними неловкость, боясь облечь в слова свои подозрения. Она делала вид, что ей померещилось. И на протяжении многих лет все шло хорошо. Патрик и Лиз поженились, родились близнецы. Молодой отец с неподдельной гордостью и обожанием смотрел на свою семью. Он любил Лиз всей душой, и, чтобы хоть как-то потушить пожар в сердце, Джони довольствовалась объятиями других мужчин, отдавала себя без остатка музыке и искала утешения в пришедшей славе.

Но то, что тлеет, может легко разгореться.

Лиз закончила читать сообщения и подняла глаза на Джони.

Взгляд Лиз не был гневным или суровым. Ее словно обухом по голове ударили. На лице читался испуг.

Глава 59. Лиз

Сердце колотилось в горле, кровь бешено стучала в ушах. Лиз тупо смотрела на сообщения. Перед округлившимися глазами всплывали и растворялись слова. Дублин… Номер в гостинице… Лиз не узнает.

Лиз моргнула и помотала головой.

Нет!

Пожалуйста, только не это!

Патрик знал Джони с тех пор, как познакомился с Лиз. Он уважал Джони, умел ее рассмешить, опекал и всегда был готов встать на ее защиту. Но Лиз настойчиво убеждала себя, что как женщина ее подруга его не интересовала.

С чего она это вообще взяла? Прошлым летом самый авторитетный женский журнал присудил ей почетный титул самой красивой женщины планеты. Они с Патриком тогда посмеялись над этой новостью, пока готовили на кухне кесадилью.

Лиз подняла взгляд на Джони. В лице ни кровинки, губы пересохли.

– Дублин… – прошептала Лиз. – Когда я вернулась в гостиницу с мигренью, вы двое… – Она не смогла закончить предложение.

Когда они уже были за кулисами после концерта, мигрень возвестила о своем появлении белыми всполохами перед глазами. Лиз отказалась идти на вечеринку. Джони тогда очень расстроилась, и Лиз в качестве утешительного приза предложила ей пойти с Патриком.

Патрик переспросил: «Может, я все-таки вернусь с тобой в гостиницу?»

Однако Лиз оказалась непреклонна: «Я возьму такси. Сходи, развейся! Завтра расскажешь, как все прошло».

Долго уговаривать не пришлось. Патрик всегда любил тусовки. Лиз обычно не возражала, когда он возвращался домой далеко за полночь, а наутро просыпался с головной болью и ходил по дому притихший. Получается, она отправила их веселиться – Джони в сценическом гриме и сверкающем платье и Патрика, своего такого надежного и красивого мужа, – а сама села в такси и вернулась в гостиницу, даже не догадываясь, что собственными руками только что поставила волка в пастухи.

Глава 60. Джони

Грудь Джони сдавило еще сильнее. Перед ней стояла Лиз, а за спиной затаилась зияющая бездна: пространство, сулящее удар о землю и забвение.

Тихим, дрожащим от волнения голосом Лиз спросила:

– Ты спала с Патриком?

Джони опустила глаза и несколько раз сглотнула. Она уставилась на собственные ноги – кожа покрылась мурашками, шнурок на ботинке развязался. Холодный ветер щекотал шею.

Дублин… Джони считала дни до концерта: знала, что на него приедут Лиз и Патрик. Во время того концертного тура она дошла до ручки и была на грани срыва, поэтому с нетерпением ждала встречи с друзьями. Когда после концерта Лиз из-за мигрени отказалась пойти на вечеринку, Джони чуть не завыла от разочарования.