— Это Лу, а это Джинни. Это Джим, девочки.

Если блондинка выглядела еще симпатичной шлюшкой, то брюнетка — просто пустое место. Фрейзер старался расслабиться, но тревога не отпускала его. Уходило время. От виски у Чарли загорелись глаза. Он пил не переставая и танцевал с блондинкой. Фрейзер один раз пригласил брюнетку. И все время делал знаки напарнику, намекая, что им пора проваливать, но без толку. Джинни нашла себе более внимательного кавалера.

Фрейзер взял свое пиво со столика и вернулся к бару. Он не сводил глаз с Чарли и блондинки. Во второй раз, вернувшись из туалета, не увидел их. Было уже за полночь. Фрейзер вышел на улицу. Нашел их в машине, на заднем сиденье. Подойдя поближе, услышал смех блондинки.

— Эй, — сказал Чарли, — где ты ходишь? Давай залезай, и поехали.

— Тогда целуй ее на прощание.

— Еще чего! Лу едет с нами. Да, крошка?

— Да-да, я отправляюсь в путешествие. — Девица пьяно рассмеялась.

— Послушай, Чарли, подожди…

— Лезь… за… руль… и… поехали, — произнес Чарли изменившимся голосом.

Фрейзер знал, что спорить бесполезно. Он надеялся, что, может, все еще обойдется.

— Эй, приведи Джинни, — потребовала блондинка, — она тоже поедет.

Фрейзер не ответил. Он сел за руль, завел двигатель, и они тронулись. Блондинка еще поныла, но вскоре затихла. Они миновали город. Впереди была ночь.

Когда они отъехали миль на пять от города, сзади замаячили огни быстро нагоняющей их машины. Фрейзер напряженно вглядывался в зеркало, пытаясь разглядеть красную мигалку. К счастью, это оказалась обычная, не полицейская машина. Зато в зеркале была видна стройная нога блондинки, делившая по диагонали их заднее стекло. Его вдруг обожгла обида. Он позавидовал умению Чарли довольствоваться малым, отсутствию у него брезгливости. Блондинка пронзительно вскрикнула, и на этом все закончилось.

Они мчались сквозь ночь.

Через некоторое время Чарли перевалился на переднее сиденье. Помычал, повозился, устраиваясь, и уснул. Стрелка спидометра замерла на пределе разрешенной скорости. Теплый ночной воздух клубился за окнами. Они ехали точно на север.

Фрейзер вел машину уже более полусуток и чертовски устал.

— Можно я сяду впереди, между вами? — спросила блондинка.

— Нет.

Он подумывал, не лучше ли будет остановить машину, сунуть ей какую-нибудь мелочь и высадить. Когда Чарли проснется трезвым и увидит, что ее нет, он, возможно, обрадуется. А может, и наоборот. Жаль, что Фрейзер раньше не потребовал избавиться от нее. Тогда сейчас беспокоился бы только о себе. Его доля лежала в багажнике, упакованная в запасную шину. Шина была набита до отказа.

Несмотря на всевозможных блондинок, лучшего напарника, чем Чарли, трудно сыскать. В деле выдержка ему никогда не изменяет. У него как будто совсем нет нервов — зашел, вышел, уехал.

— Когда мы остановимся?

— Уже скоро. Тогда вы с Чарли сядете впереди, а я переберусь назад и посплю.

Спать хотелось отчаянно. Фрейзер чувствовал, как осунулось его лицо, кожа обтянула скулы. Глаза то и дело закрывались, и нужно было трясти головой, чтобы не заснуть. Двенадцать часов без перерыва за рулем — это почти предел человеческих возможностей.

— Зря вы не взяли Джин. Она хотела поехать. Нам бы с ней было веселее.

— Мне она не понравилась.

— Она всем нравится. Когда разойдется, С ней не соскучишься. Джин, наверное, обиделась, когда я с вами уехала. Она почти что моя лучшая подруга.