— Это опасно? — спросил Джоди.

— Судя по всему, да. Вот если бы у нас была зимняя резина…

— Калеб не стал бы менять резину, даже если бы он жил в Арктике.

Теперь они были в глубокой поросшей деревьями лощине, которая шла вдоль отвесного ущелья. Оттуда доносился шум реки. Они подъехали к горбатому мосту с крутым и плохо видимым подъемом. Боясь застрять на нем, Каролина немного прибавила газу, а затем с опозданием увидела, что за мостом дорога резко поворачивает направо. Впереди была насыпь и глухая каменная стена.

Она услышала, как Джоди охнул, крутанула руль, но было уже слишком поздно. Маленькая машина вдруг словно обрела собственный разум, понеслась прямо в стену и зарылась носом глубоко в снежную насыпь. Двигатель тут же заглох, и они остановились под углом сорок пять градусов, их задние колеса при этом остались на дороге, а передние фары и радиатор погрузились глубоко в снег.

Без света фар сразу стало темно. Каролина протянула руку, чтобы их выключить, и затем отключила зажигание. Ее трясло. Она обернулась к Джоди:

— Ты в порядке?

— Я слегка стукнулся головой, и только.

— Прости.

— Ты ничего не могла поделать.

— Наверное, нам надо было остановиться раньше. Может быть, остаться в Релкирке.

Джоди уставился в кружившуюся вихрем темноту. Он храбро сообщил:

— Знаешь, я думаю, это метель. Никогда в жизни не видел метели. Тот парень на заправке сказал, что мы должны оставаться в машине.

— Мы не можем: тут слишком холодно. Подожди здесь, я пойду взгляну.

— Только не заблудись.

— Дай мне фонарик.

Она застегнула куртку на все пуговицы и бодро вылезла из машины. Поначалу она по колено провалилась в сугроб, затем выбралась на дорогу. Было мокро и страшно холодно, снег слепил и сбивал с толку, несмотря на свет фонарика. Можно было запросто потерять ориентацию.

Она сделала несколько шагов по дороге, светя фонариком вдоль стены, в которую они уперлись. Стена продолжалась еще ярдов десять, а потом загнулась внутрь, образовав проход. Каролина двинулась туда и подошла к открытым деревянным воротам. Над ними висела табличка. Щурясь от снега, она направила луч фонарика вверх и не без труда прочла: «УСАДЬБА КЕЙРНИ. ЧАСТНОЕ ВЛАДЕНИЕ».

Она выключила фонарик и вгляделась во тьму за воротами. Судя по всему, там была аллея. Она услышала, как ветер шумит в голых ветвях высоко над головой, а затем сквозь вихрь снежинок разглядела вдали одинокий мерцающий огонек.

Она повернулась и, спотыкаясь, побежала обратно к Джоди. Распахнула дверь.

— Нам повезло!

— Как?

— Это стена какой-то усадьбы или фермы. Там есть вход, ворота и подъездная дорога. Вдали виднеется огонек. Я думаю, до него не больше полумили.

— Но тот тип на заправке сказал, что мы должны оставаться в машине.

— Если мы останемся, то погибнем от холода. Пошли, снег густой, но идти можно. Это должно быть не слишком далеко. Оставь рюкзак, бери только наши сумки. И застегни куртку. Тут холодно, и мы промокнем.

Он сделал так, как она сказала, и выбрался из накренившейся машины. Она понимала, что сейчас самое главное — не терять времени. Одетые в расчете на лондонскую весну, они не были готовы к арктическим условиям. Оба пустились в путь в джинсах и легкой обуви. В дополнение к ним у Каролины была замшевая курточка и легкий шарф, который можно было повязать на голову, а у Джоди вообще не было никакого головного убора, и его голубая куртка совсем не соответствовала погоде.