— Мы пытаемся поддерживать в их сознании миф о том, что Санта Клаус живой и добрый, а вовсе не грязный тип…

 — Дорогой, как ты можешь так говорить!

 Лестер замолчал и повернулся к Риган с широкой улыбкой на губах:

 — А вы знаете, как на самом деле пишется фамилия нашего дорогого Санта Клауса?

 — По-моему, знаю, — ответила Риган.

 — «Клоз», то есть «лапы загребущие», — сказал Лестер и хмыкнул. — Я это только что сам придумал: Санта Клоз!

 Риган тоже засмеялась:

 — Неплохо придумано!

 — Неплохо, говорите? Я-то как раз считал, что это у меня просто здорово получилось.

 «Нет, надо точно раздобыть экземплярчик этой их книжки о преодолении стрессовых ситуаций», — твердо решила Риган.

 Одна из многочисленных дверей в огромном доме громко хлопнула, и вскоре два симпатичных ребенка с каштановыми волосами и карими глазами вбежали в комнату. Их лыжные костюмы тоже, скорее всего, не были приобретены на местной толкучке. Они впрыгнули на диван, на котором уже сидели их родители, и тут же приникли к ним, получив порцию ласки, а также щекотки от Лестера. Прошло несколько мгновений, прежде чем все на диване угомонились. «Вот это, действительно, счастливейшая богатющая семейка», — подумала Риган.

 Бесси втиснула свои объемные телеса в кресло рядом с Риган. Она вздохнула, сложила на груди руки и стала вертеть большими пальцами. У Риган сложилось впечатление, что она вовсе не принадлежала к тому типу людей, которые могут достаточно долгое время обходиться без того, чтобы не злиться на кого бы то ни было. К тому же Бесси явно нервничала.

 Ивонн погладила свою дочь по волосам.

 — Дети, эта милая леди хотела бы поговорить с вами о Санта Клаусе.

 — Но Рождество-то уже прошло? — прагматично отметила Джули.

 — Знаем, — сказала Ивонн, — но она просто хочет, чтобы вы рассказали ей о том Санта Клаусе, что приходил к нам в дом накануне вечером.

 — О том, что украл у нас картину? — вопросил Джош.

 Ивонн быстро взглянула на Лестера.

 — Мы этого не говорили, милый.

 — Но вчера в ресторане вы так ругались, и ты сказала, что…

 — Мамочка просто все тогда приняла близко к сердцу и погорячилась. Это была поспешная реакция с ее стороны. Мы не знаем, кто в действительности взял картину.

 Джули задумалась.

 — Значит, вы предполагаете, что картину мог взять кто-то из ваших друзей?

 Риган попыталась сдержать улыбку.

 — Нет, милая, — терпеливо ответила Ивонн. Но было ясно, что этот тон ей дался непросто. — А теперь давайте постараемся ответить на некоторые очень важные вопросы.

 

Оба ребенка повернули головы к Риган. Их глаза светились ожиданием, что сейчас их увлекут чем-то интересным, развеселят или уж, во всяком случае, не заставят страшно скучать.

 Пожалуй, лучше действовать быстро, решила Риган. Она понимала, что полное внимание детей — это роскошь, которая могла и исчезнуть, причем столь же стремительно, как исчезла злополучная картина. Однако задать свой первый вопрос Риган все же не успела, потому что едва она начала открывать рот, как Джули опередила ее.

 — В прошлом году Санта Клаус был лучше, — выпалила она.

 — Что ты имеешь в виду? — спросила Риган мягким тоном, которым, как она предполагала, следует разговаривать с совсем маленькими детьми.