Тед забеспокоился:

 — Так, значит, еще не ясно, переезжаете вы сюда жить или нет?

 — Вы что — смеетесь? Я тут провел всего день, а кажется, что жизнь возвращается ко мне. Я так плохо себя чувствовал, мне так грустно было с момента смерти Эмили. Она немного болела последнее время, но когда умерла, мне показалось, что образовалась какая-то огромная дыра, вакуум в моей жизни. Я так и не знал, как этот вакуум заполнить. А вот когда я сошел с самолета здесь, в Аспене, несколько дней назад, я просто почувствовал, что опять оказался дома.

 Тед уже вовсю что-то ожесточенно писал в своем блокноте:

 — Прекрасно! Великолепно!

 Риган не сдержалась и задала-таки вопрос:

 — Вы собираетесь позвонить Джеральдин, пока находитесь в городе?

 Ангус провел рукой по пышной шевелюре седых волос и ответил:

 — Мне это сделать будет достаточно трудно, ведь я все еще помню, как однажды она фактически отказалась пойти со мной на свидание. А между тем, это случилось именно тогда, когда я был симпатичным молодым человеком!

 Риган рассмеялась:

 — Вы по-прежнему симпатичны! А тому неприятному эпизоду минуло уже немало лет.

 — Что ж, я не знаю. Но кое-что я вам могу сказать… — С этими словами он достал из кармана приглашение на торжество в ресторан Луиса. — Я сделаю все от меня зависящее, чтобы снова познакомиться с Джеральдин.

 

 Когда Риган вновь вернулась в свой номер в гостинице, Кит была почти готова к выходу.

 — Ты пришла как раз вовремя, — сказала Кит. — Трипп принес мне почитать газету. Я легла на твою кровать и, так сказать, сначала вошла в курс местных дел, потом немного подремала, а затем наконец собралась с силами и приняла какой-никакой душ. Ну, а как прошло твое утро?

 — Интересно, — ответила Риган, доставая свои лыжные брюки. Она коротко рассказала подруге о Теде и об их встрече с Ангусом.

 — Одно я тебе могу сказать, — заметила Кит, расчесывая волосы, — я тебя попрошу меня придушить, если вдруг когда-нибудь вздумаю закрутить роман с человеком, который будет старше меня на пятьдесят шесть лет. Сейчас я веду себя странно, но это просто потому, что в течение нескольких месяцев я решила быть снисходительной к своим слабостям.

 — Он вовсе не хочет завести с ней роман. Это — что-то иное, — настаивала на своем Риган. — Он вернулся сюда вовсе не из-за нее. Он вернулся потому, что это тот город, где он когда-то рос. Что касается Джеральдин, то они с ним никогда не сходили даже на свидание. Так что речь идет совершенно о другом. — Теперь Риган везде искала свои лыжные носки. — Он, кстати, прекрасно помнит картину «Возвращение домой», еще когда она висела над баром в салуне Спунфеллоу.

 — Интересно, почему же все-таки Джеральдин отказалась тогда пойти с ним на свидание? — задумчиво произнесла Кит.

 — Мне тоже интересно было бы это знать, — согласилась Риган. — Возможно, она попросту не проявляла женского интереса к этому человеку, но что-то подсказывает мне, что не все в этом деле так просто.

 — Гм-гм, — произнесла Кит, изучая свой внешний вид в зеркале. — Вряд ли он ее тогда до смерти замучил занудными рассказами о компьютерах. Они ведь еще даже не были изобретены.

 Риган рассмеялась.

 — Нет ничего проще, чем найти тему для занудного разговора. Ладно, нам пора идти. Ребята, вероятно, уже давно ждут нас на вершине горы.

 По пути к выходу они прошли мимо Триппа, который стоял за стойкой администратора.