– Сюда, – коротко бросила она, снова пускаясь в путь.

Вскоре кусты исчезли, уступив место торчащим вверх скалам и россыпям камней.

Стемнело. Теперь Счастливчик шёл, не глядя под ноги, сбивая лапы и ударяясь боками о скалы. Шаг за шагом они с Лапочкой поднимались всё выше. Собака-Луна выглянула в рваный просвет между тучами, озарив тусклым светом реку.

Счастливчик посмотрел вниз. Тропа терялась где-то далеко внизу. Содрогаясь от страха, он представил, как Свирепые псы грозной цепью растянутся по дороге. Даже если стае Лапочки удастся застигнуть врагов врасплох, то как они смогут спрыгнуть вниз, не переломав себе все кости? Одно неверное движение – и они станут добычей Собаки-Реки!

Счастливчик испуганно покосился на Лапочку.

– Ты уверена, что из этого что-то получится? По-моему, это чрезвычайно опасно.

Лапочка долго молчала, не сводя глаз с реки. Потом со вздохом ответила:

– Я знаю. Мне бы очень хотелось, чтобы у нас был другой план и другой выход. Но что нам остаётся, Бета? Мы должны что-то предпринять, если не хотим всю жизнь убегать от Стали!

Счастливчик вспомнил свой сон, в котором Свирепые псы победили Собаку-Землю и стали править миром по своим жестоким законам. Он прильнул к Лапочке, положил голову ей на плечо. Она нежно лизнула его в ухо.

– Даже если у нас ничего не получится, то мы должны хотя бы попытаться… Ты со мной, а это уже чего-то да стоит, мой Бета!

Глава XV

Собака-Солнце пряталась под тяжёлой серой шкурой туч, её чахлого света едва хватало для освещения глади реки. Где-то вдалеке сонно ухала ночная птица, в мёрзлой траве шуршала мелкая дичь. Счастливчик приподнял голову и с усилием поморгал отяжелевшими веками. Лапочка уже поднялась и потягивалась. Счастливчику до смерти не хотелось вылезать на утренний холод из нагретого за ночь логова в кустарнике, но он был Бетой, а значит, не мог позволить себе нежиться в тепле, когда его Альфа уже встала. Он с кряхтением поднялся и огляделся по сторонам. Оказывается, почти вся стая была уже на лапах, собаки зевали и потягивались, разминая онемевшие за ночь конечности.

Жук и Колючка – как обычно, неутомимые и полные сил – уже затеяли привычную возню, гоняясь друг за другом вдоль реки.

– Осторожнее, сорванцы! – рявкнула на них невыспавшаяся Луна. – Не подходите близко к берегу, там скользко!

Счастливчик чихнул, выдохнув облачко белого пара. В тех местах, где его спина ночью выглядывала из веток, шерсть покрылась инеем и смёрзлась. Он изогнулся, чтобы слизнуть ледышки, и почувствовал на языке обжигающий холод.

Лапочка собрала стаю и начала привычно распределять обязанности.

– Кусака, ты займёшься охотой. Возьми с собой… – она ненадолго замешкалась, обдумывая, от кого будет больше пользы в незнакомой местности. – …Микки и Беллу, – решила наконец Лапочка. – Я знаю, что в пору Ледяного Ветра охотиться очень трудно, но здесь точно есть дичь, я её чую. Только будьте осторожны, не подходите близко к сломанным деревьям и обвалам, оставленным Большим Рыком.

– Слушаюсь, Альфа! – пролаяла Кусака, напрягаясь всем телом.

Сорвавшись с места, она задрала хвост и побежала по берегу вниз по течению реки. Микки и Белла припустили за ней, и вскоре все трое скрылись из виду.

Не успели они уйти, как послышался дробный топоток лап, и на берег выбежали запыхавшиеся Жук и Колючка.

– Мы кое-что нашли! – пролаял Жук.

– Что-то очень-очень странное, – вставила Колючка.