На вид ей было лет семнадцать-восемнадцать. Фигура мальчишеская, узкобедрая, безгрудая. Сходство с мальчиком усиливала короткая стрижка. Лицо с тонкими чертами, сияет внутренней чистотой. И этот взгляд. Она так и не отвела от него глаз. Влюбилась что ли с первого взгляда?

– Чего смотришь? – пробормотал Сафа.

– Пить! – повторила – простонала пленница.

Первым желанием Сафы было нормальное желание слинять. Меньше всего ему хотелось иметь дело с этаким сокровищем. С другой стороны, как он представил, что она провисела тут одна без глотка воды, без еды несколько суток, у него аж руки заломило, словно он сам оказался на ее месте. Чур, меня, чур.

С некоторой опаской он прикоснулся к девчушке, словно она могла оказаться призраком и исчезнуть. От толчка она закачалась и застонала. Поддерживая ее за талию, он снял ее с вешалки, вот забавное словосочетание. Девушка, казалось, ничего не весила. Он легко ходил по дому, ища, куда ее положить, совершенно не ощущая веса. Пристроив худышку на постели, он сходил на кухню за водой.

Самостоятельно шевелиться она не могла, ему пришлось держать голову Она пила как воробушек, потом вдруг подавилась. Вроде, подумаешь, какая ерунда, но она здорово напугала Сафу, когда при вздохе ребра неожиданно широко растопырились внутри платьица, словно внеурочно раскрытый зонтик. Почудилась, что сейчас они прорвут истончившуюся кожу вместе с платьишком, и девчонка сделает громкое "бум!" и исчезнет, как прохудившийся воздушный шарик у Пятачка.

Попив, она опять уставилась на него своими бусинки, на этот раз в них проскользнуло лукавство, и произнесла довольно уверенным тоном:

– Ну, здорово, братишка!

– Я тебе не братишка! Не называй меня так! – раздраженно проговорил Сафа, на самом деле, так его называл Колян.

– Извини, не буду. Сними, пожалуйста, наручники, – примирительно попросила девица.

– Ключ в ящике стола.

– Ты кто? – поинтересовался он, освободив от оков.

– Сека.

– За что тебя так?

– С Шерханом не сработалась.

Сафа застыл.

– Тот тип в рубашке от Труссаче это сам Шерхан? Знаменитый криминальный авторитет?

Ну, я и влип!

– Испугался, малыш?

– Я тебе не малыш! И я в ваши разборки влезать не намерен! Эй, погоди!

Сека сделала неосторожное движение и тут же завалилась назад как неваляшка. Он пытался ее усадить, но она выскальзывала из рук как намыленная.

– Совсем забылся, ты ведь кушать, наверное, хочешь! – хлопнул себя по лбу Сафа.- Подожди минутку, там, на кухне я видел недурственный холодильник. Сейчас я тебя накормлю.

Она что-то силилась сказать, но он уже сорвался с места.

Однако в холодильнике его ждал облом. Причем, там он оказался из продуктов в единственном числе. Сиротливая лампочка осветила девственно чистые полки. Сафа сунул руку в морозилку. Ожегший руку холод развеял всякие сомнения о том, что агрегат исправен.

– Я тебя зря обнадежил, в холодильнике ничего нет, – сообщил он, вернувшись к девушке.

– Мне нельзя есть, – заявила она. – Еда для меня яд.

Девчонка с голодухи тронулась, понял Сафа. Чертов ублюдок Шерхан!

– Подожди, я во дворе чего-нибудь гляну. Может, найду чего-нибудь пожевать, – сказал Сафа.

Выйдя на улицу, он зашел за дом, чтобы через секунду выскочить обратно, за каким-то фигом зажимая рот и блюя сквозь пальцы. Он долго успокаивал дыхание. Это оказалось сложно, потому что дышать глубоко он не мог из-за смрада, доносившегося с заднего двора.

Какая ерунда, запах, вонизм, духан или кумар, а как может вывести человека из себя, удивился Сафа.