-  Да. Несколько месяцев назад я решил поменять название: «аномалия» не очень удачное. Однако продолжим. В генетическом аналоге системного реестра ДНК вашего племянника отсутствует какая-либо информация о существовании j-комплекса генов. Это не смертельно, поскольку j-коды не являются жизненно важными для функционирования организма. Правда, ссылки на них имеются повсюду; в частности, это касается зрения. Но, как и в случае с программой переносов для текстового процессора, отказ предоставить соответствующий j-код не влечёт за собой критической ошибки.

    «Понятно, - подумал я. - Значит, эти ссылки на j-коды и есть те самые „следы“, о которых говорила Хозяйка…»

    -  И вы сможете восстановить соответствующие записи в… э-э… генетическом аналоге системного реестра?

    -  Уверен, что смогу. Вообще-то ДНК сама обладает способностью к восстановлению утерянной информации, но в данном случае придётся подтолкнуть этот процесс извне.

    -  Каким образом?

    -  С помощью одной-единственной инъекции. Мне понадобится около недели для составления нужной формулы и для её тестирования, а потом ещё пару дней на синтез препарата. - Фернандо Альба немного помолчал, пристально глядя мне в глаза. - Однако я сделаю это лишь при наличии письменного согласия пациента и непременно после того, как он пройдёт самое тщательное медицинское обследование, включая тесты на аллергические реакции. Только тогда я дам распоряжение синтезировать препарат, сам введу его и буду лично контролировать весь ход лечения.

    -  Это так опасно?

    -  Нет. Скорее, неприятно. Вашему кузену предстоит пережить несколько трудных дней, пока будут интенсивно перестраиваться все молекулы ДНК в его организме. Но, насколько я могу судить, ему около тридцати лет, и здоровье у него отменное, так что особенно опасаться нечего. Три-четыре дня лёгкой лихорадки, скорее всего, не повлекут сколько-нибудь серьёзных осложнений. А что касается моих предварительных условий насчёт письменного согласия и тщательного медицинского обследования, то они даже чересчур либеральные. Обычно при экспериментальном лечении к потенциальным пациентам предъявляются куда более жёсткие требования. Надеюсь, вы поймёте меня.

    -  Да, конечно, я понимаю. И очень вам благодарен, профессор, за всё, что вы сделали.

    -  Пустяки, я ещё ничего не сделал. Это вы оказали мне услугу, предоставив в моё распоряжение образец ДНК ещё одного представителя вашей весьма и весьма любопытной с точки зрения генетика семьи. За последний год изучение j-генов стало моим главным занятием. А конкретно для вашего кузена я пока что ничего не сделал.

    -  Вы чуть ли не с первого взгляда определили причину его недуга, - запальчиво возразил я и тут же понял, что свалял дурака.

    Фернандо Альба прошёлся по кабинету, задумчиво косясь на меня.

    -  Очень, очень интересно! - многозначительно изрёк он. - И в чём же заключается недуг вашего кузена? В том, что его не ожидала бы столь же долгая жизнь, как всех остальных членов вашей семьи? Или в том, что он не может видеть в инфракрасном и ультрафиолетовом диапазонах? Или же в его неспособности к телепатии?

    От изумления я аж рот разинул. Профессор внимательно следил за моей реакцией и даже позволил себе слегка улыбнуться в ус. Похоже, шило наконец-то вылезло из мешка…

    -  Давно вы об этом догадались? - спросил я, понимая, что выкручиваться бесполезно.

    -  Довольно давно, - ответил Фернандо Альба, садясь в кресло. - Я уже говорил вам, что последний год уделял много времени изучению j-кодов.