Кэсси задумчиво наблюдала за Коуди и детьми, стоя у приоткрытых дверей конюшни. Оттуда она не могла слышать их разговор, но неподдельная искренность и нежность Картера и самозабвенная любовь к нему ребятишек так взволновали девушку, что у нее на глазах выступили слезы. Кэсси всю жизнь мечтала о том, чтобы кто нибудь испытал к ней хоть долю той привязанности, проявление которой она только что невольно подглядела. Бабушка Кэсси вечно трудилась не покладая рук, чтобы прокормить себя и девочку. Она, конечно, старалась делать для Кэсси все, что в ее силах. Но как же мало было у бедной этих сил! Да и времени…

Выросшая без родителей, братьев и сестер, Кэсси в полной мере познала горечь одиночества. Слава Богу, что у Эми и Брэди есть Коуди, которого они любят безоглядно и который так ласков с ними. И все же для Кэсси до сих пор так и оставалось загадкой непонятное желание Коуди избавиться от Эми и Брэди. Сейчас от этого стремления не осталось и следа, но Кэсси все равно не могла простить Коуди. Как он мог! Ведь дети – это величайшее сокровище. Если она когда нибудь станет матерью, то посвятит детям всю свою жизнь, без остатка, подумала Кэсси.

Решив не нарушать уединения Коуди и ребятишек, девушка отошла от дверей конюшни так же тихо, как и появилась.

Глава 12

Надеясь на то, что не пожалеет о своем выборе, Коуди попросил Реба подежурить у дома в ночь на воскресенье. Обычно работники ранчо по субботам отправлялись вечером в город, чтобы выпить и повеселиться, и Коуди не хотел оставлять дом и ферму совсем без охраны.

– Как думаешь, Реб, ты сможешь с этим управиться? – спросил Коуди, заметив нерешительность Лоуренса. – У тебя ведь всего одна рука для того, чтобы держать оружие. Но я знаю, что ты неплохо относишься к детям и не хочешь, чтобы они попали в беду.

– Да справлюсь я! – пробормотал Реб, досадуя на то, что Коуди упомянул его увечье.

Реб не стал говорить Коуди, что и сам хотел провести этот вечер в Додже и даже попросил на конюшне лошадь. Он знал, что Ирен против того, чтобы он куда то уезжал, поскольку боится, что он вернется на старую Дорожку. Но Реб был уверен в своей выдержке. Его здоровой руке всего то нужен один стаканчик. Только один, не более того. Просьба Коуди покараулить ранчо ломала все его планы. Но, хоть и неохотно, Реб согласился, так как давно решил, что скорее умрет, чем даст Коуди повод обвинить его в отлынивании от работы.

Выразительно посмотрев на Реба, Коуди отправился по своим делам. Сегодняшней ночью он намеревался тоже выйти в дозор, но подальше от ранчо: мало ли кто бродит в округе! «Вряд ли кому нибудь удастся подобраться к самому дому, если я буду рыскать в его окрестностях, – подумал Коуди. – Но на всякий случай Ребу надо быть настороже и достойно встретить непрошеных гостей».

…Нападение двух неизвестных на Эми и Брэди очень сильно подействовало на Кэсси. Она чувствовала себя беззащитной, а то, что во всей этой истории была какая то неопределенность, не давало девушке возможности что либо предпринять. Она не знала, что Коуди просил детей никому, даже ей, не рассказывать то, что они поведали ему самому.

Естественно, вынужденные что то скрывать от Кэсси, Эми и Брэди в ее присутствии вели себя уже не так жизнерадостно и открыто, как прежде. Кэсси очень страдала оттого, что они перестали быть с ней искренними, и вместе с тем ей страстно хотелось проникнуть в тайну, которую дети вместе с Коуди почему то хранят от нее…

Прошло уже несколько дней, а Коуди так и не поделился с ней тем, что ему известно, И тогда Кэсси решила, что потребует наконец от него ответа на все свои вопросы.