– Боже правый! – воскликнула Элис. – Ты и вправду знаешь обо всем на свете!

 – А то! Продавать сведения не менее выгодно, чем любой другой товар, да и риск поменьше. – Фалк повернулся и с самодовольным видом повел ее по бесконечному лабиринту палаток, ларьков и лавок.

 Элис решительно отбросила пирожок в сторону и поспешила за ним, стараясь не потерять его из виду.

 Не прошло и четверти часа, как ярмарка осталась далеко позади. Фалк вел ее вдоль крепостной стены, окружающей главную башню замка Ипсток. Гул толпы сюда почти не доносился. Вокруг ни души, только она и Фалк.

 Элис поднималась за ним по пологому холму. На самой вершине она оглянулась назад. Взору открылась удивительно живописная картина: ристалище и окрестные холмы, усыпанные разноцветными шатрами, были видны как на ладони.

 Множество людей собралось наблюдать за поединками. Налетевший порыв ветра донес до Элис их возбужденные крики. Две группы всадников с противоположных концов поля стремительно неслись навстречу друг другу.

 Элис даже вздрогнула, когда стороны схлестнулись.

 Лошади и всадники сплелись в огромный ужасный клубок. Доспехи блестели на солнце. Лошади крутились на месте. Девушка пыталась отыскать в этой неразберихе знакомый черный флаг, но с такого расстояния узнать Хью среди других было просто невозможно.

 – Сюда, миледи, – шепотом позвал Фалк. Он обогнул ветхий сарай. – Скорее!

 Нет-нет, совершенно незачем беспокоиться, говорила себе Элис, вряд ли Хью пострадает – он слишком умен и искусен в бою. Такие рыцари, как он, всегда на коне! Она печально вздохнула. Ее отец, сэр Бер-нард, был точно таким же. Большую часть своей жизни он провел в Северной Франции, гоняясь за славой и богатством, которых, по его мнению, можно добиться только в турнирах. Но это были лишь слова, грустно вздохнула Элис. Чего он действительно добивался на турнирах – и в чем весьма преуспел, – так это свободы, свободы от всех обязательств мужа и отца.

 Элис редко видела его. Обрывки воспоминаний, не очень ясные, рассыпанные бисером по длинной веренице лет, – вот все, что у нее сохранилось.

 В ее памяти он остался красивым, веселым – с курчавой рыжей бородой и ярко-зелеными глазами. Шумный, неунывающий, со всем пылом отдающийся охоте, турнирам и, по словам ее матери, разгулу, – таков был ее отец.

 Бернард редко появлялся дома, но его краткие визиты были самыми яркими событиями в жизни маленькой девочки. Он всегда приезжал неожиданно, обрушивался словно снег на голову – с подарками и с самыми невероятными историями. Он подхватывал Элис на руки и кружил ее по большому залу. Во время его короткого пребывания дома, казалось, все вокруг начинало светиться от счастья, и в первую очередь ее матушка.

 Но вскоре Бернард снова отправлялся в путь, его душа жаждала приключений, и он уезжал на очередной турнир куда-нибудь очень далеко или отправлялся покутить в Лондон. Элис помнила, как убивалась матушка после очередного отъезда Бернарда.

 Семья стала чаще видеть Бернарда после рождения сына и наследника. Тогда он решил остепениться и вернуться в лоно семьи. Радости Хелен не было границ. Но после несчастного случая, когда Бенедикт, упав с лошади, повредил ногу, Бернард снова принялся за свое, вспомнив старые привычки. И снова потянулись длинной чередой поездки то в Лондон, то на север Франции. И с каждым разом его отлучки становились все продолжительнее.

 Хелен, чтобы скрасить свое одиночество, занялась составлением книги, где описывала свойства лекарственных трав и рецепты приготовления снадобий.