— Замечательно.

— Я взяла эту тетрадь только на один вечер. Завтра утром ее нужно отдать.

— Тебе придется писать всю ночь, — с сомнением в голосе протянула Вика, уже догадавшись, о чем Лера собирается ее попросить, с затаенным торжеством представляя, как она ей откажет.

— Вика, — тихо-тихо произнесла в трубку Лера, — я была готова писать их всю ночь. Я и собиралась, только…

— Послушай, Лерка. Ты, конечно, моя лучшая подруга, и я очень замечательно к тебе отношусь. Но неужели ты думаешь, что я буду переписывать твои лекции вместо тебя?

— Ну что ты! Не все! — Лера поспешила ее обрадовать. — В общем, слушай. Я собиралась переписывать лекции, но только Кирилл…

Лера выдержала трагическую паузу.

— При чем здесь Кирилл, и откуда эта вселенская скорбь?

— Он заболел, у него температура — тридцать девять и три. Тридцать девять и три!

— Не глухая, — пробормотала Вика, сразу почувствовав, как ее решительность испаряется — удар был ниже пояса.

— Ангина, — продолжила Лера, — мне нужно побыть с ним. И эти чертовы лекции… Я не знаю, просто не знаю, что мне делать!

— С кем он сейчас?

— Один! Но он ждет меня.

— Ты хочешь, чтобы я занялась лекциями… — неуверенно произнесла Вика.

— Это ненадолго! — взмолилась Лера. — Я приеду, вернусь часам к одиннадцати. Просто я боюсь, что не успею, если начну писать так поздно.

— А отксерить эти лекции нельзя было?

— Нет, что ты. Михалыч, по менеджменту, я же тебе про него рассказывала, увидит отксеренные лекции, озвереет и выгонит меня из института. И потом, папочка — если он узнает, что я пропустила столько лекций… Даже подумать страшно!

— Лера, — начала было Вика, изо всех сил стараясь вернуть утраченное чувство уверенности в собственной правоте, — послушай, я, конечно, хотела бы тебе помочь, но только…

Вика представила себе осунувшееся, бледное лицо Кирилла, капли холодного пота у него на лбу, озноб, сотрясающий тело. Никаких эмоций эта картинка почему-то не вызывала. И в этот момент в сознании всплыл другой образ — Лера. Растерянная, испуганная, беспомощная, губы дрожат, а глаза смотрят в пустоту с такой надеждой…

— Я не могу, Лера. Никак не могу. У меня сегодня свидание.

— Что? Что ты сказала, Вика?

Еще не услышав вопроса, Вика поняла, что свою последнюю фразу произнесла почти шепотом, скорее не проговорила, а просто подумала, адресовав не Вике, а самой себе. В глубине души всколыхнулось чувство вины перед Лерой — Вика вспомнила влажные губы Кирилла, его глаза…

— Только постарайся не задерживаться, Лерка.

— Я… я уже бегу, уже лечу! Ты — прелесть, ты настоящий друг, Вика!

Не прошло и минуты, как Лера уже скреблась нетерпеливо в Викину дверь.

— Ты куда-то собиралась? — чмокнув Вику в щеку, Лера оглядела ее, прищурившись. — Новое белье… Ты что молчишь?

— Никуда я не собиралась. Это я так.

— А… — Неопределенный ответ вполне удовлетворил Вику. — Ну вот, смотри…

Она раскрыла тетрадь, исписанную мелким неровным почерком.

— Вот с этого места… Вот это можешь не писать, а потом вот отсюда.