Ли Хон зажмурился, гоня прочь неуместные мысли.

– Отправишь это на рассвете, – сказал он, добывая из комода исписанную тушью бумагу. Таких длинных писем он никогда не отправлял в Хансон и всё гадал, стоило ли так разъяснять своё положение. Слишком много слов? Слишком мало слов? Сколько их требовалось доверить бумаге, чтобы шпионы Тоётоми купились на них?

Харин взяла письмо твёрдой рукой, и, когда уже хотела убрать его в складки чхимы, Ли Хон перехватил её ладонь.

– Ты уверена, что справишься?

В глазах Харин вспыхнуло упрямство.

– Мы уже говорили об этом, ваше высочество. Я не отказываюсь от своих решений.

– А могла бы отказаться, – возразил Ли Хон и понял, что сердится на неё и на себя одновременно. – Это опасное дело, и тебя могут поймать. И если это случится, я буду нести ответственность за то, что с тобой сделают.

– Не вы, – Харин вздёрнула подбородок и посмотрела прямо в глаза Ли Хону. – Вы не можете контролировать всех, тем более в таком положении, в такое время. Я ответственна за себя.

– Харин…

– Вы дали мне выбор. Я его сделала.

Снег тихо осыпал дом советника Чхве Сувона, чья семья пряталась нынче в Хансоне и у границ с Империей и понятия не имела о том, что происходит в Ульджине. Какие невзгоды переживают жители города, какие беды сыпятся на головы слуг.

Ну и в тальщим их всех, решил Ли Хон, собирая фишки с карты. Он вернётся в Хансон и заставит каждого чиновника заплатить по заслугам.

* * *Хансон, Чосон, месяц сохан 1592 года, год Водяного Дракона

Последний отряд в три тысячи человек прибыл из Империи за три дня до назначенной даты наступления. Чжихо осмотрел людей и вернулся в казармы с докладом: все здоровы и готовы к бою. Нагиль отдал приказ Дэквану перераспределить силы таким образом, чтобы часть войска выдвигалась к Ульджину уже утром, остальные должны были подтянуться через пару дней. Японцы будут знать, что Чосон идёт за ними. И тоже приготовятся.

– Дракон полетает над Хансоном завтра, – сказал Нагиль на собрании. – Пусть думают, что мы явимся к ним с малыми силами, а позже я присоединюсь к вам и сожгу стоящие в порту корабли.

– Они не купятся, – отозвался Дэкван, рассматривая карты. Перед ним лежали донесения Дочерей, которые доставила Гаин ещё днём: Тоётоми видели у берегов Медного моря, с ним был Рэвон.

– Купятся, – сказал Нагиль. – Если мы сделаем вид, что не знаем про корабли.

– Мы же не настолько тупые, – возразил Чунсок, снова используя язык Священного Города. Нагиль закатил бы глаза, если бы Дэкван не закивал вслед за пуримгарра.

– Японцы уже понимают, что нам помогает Империя, они будут знать, что мы придём за его величеством.

– Великий Лазурный Дракон, – не сдержался Нагиль, – где вы были месяц назад, когда мы обдумывали план нападения?

Когти переглянулись и пожали плечами.

– Готовились к возвращению сыта-голь, – сказал Дэкван.

– Я присматривал за Лю Соджолем по вашему приказу, – добавил Чунсок.

Нагиль на них даже не взглянул – только думал о том, что откусить им руки прямо сейчас будет не такой уж плохой идеей. Его план был выверенным и отточенным, и Дэкван и Чунсоком просто пытались шутить, чтобы снизить напряжение, которое охватывало всё войско ещё с осени. Сведения, что они получили от Сон Йонг, вносили свои корректировки в предстоящую миссию, но не меняли вектор полностью: лишь добавляли головной боли. Мер’тонъ, он теперь тоже вплетал слова её мира в мысли, даже не задумываясь об этом.