– А ребенок? Внучка Мэддокса?

– Ребенок будет жить, пока мне это выгодно, но полагаю, от отродья избавятся вместе с матерью.

Себастьен не хотел видеть в этом дворце никаких детей, кроме своих собственных. По этой причине его сестры выходили только за влиятельных мужчин, живших вдали от Арсиза. По этой же причине сестра, которая отказалась выйти замуж, стала сестрой ордена «Орайнен» и была сослана в женский монастырь на другом конце Каламбьяна, настолько далеко от столицы, насколько только было возможно, если не пересекать море.

Если Себастьен поступит, как задумал, то хорошенький ребенок, которого Фарел принес к дверям бального зала, проживет ровно столько, сколько будет представлять практическую ценность.

Лиана слишком отчетливо помнила крик ребенка, эхом отдающий в недрах тринадцатого уровня, но она отбросила воспоминания. Задвинула их настолько глубоко, что почти смогла убедить себя в нереальности услышанного. Представлять себе там ребенка… это было чересчур. Она бы такого не вынесла.

Себастьен вздохнул. Его дыхание коснулось ее шеи, и Лиана расслабилась. Он может взять другую жену, да хоть дюжину жен, но никто и никогда не займет ее место.

– Иногда я думаю, что все в этом мире предали бы меня, если бы им выпал шанс, – сказал он, прижимая ее к себе.

– Все, кроме меня, – прошептала Лиана.

Себастьен помедлил, затем ответил:

– Все, кроме тебя.

Глава 13

Спустя несколько долгих дней путешествия, Софи с Кейном достигли вершины горы, покрытой буйной зеленой растительностью, и пред ними, наконец, предстал Арсиз. Сначала она увидела верхние этажи дворца – серый камень на фоне ярко-голубого утреннего неба. Когда Софи смогла разглядеть весь город, который теперь простирался прямо перед ней, она в изумлении осадила лошадь. Арсиз был огромным, непохожим ни на что виденное ею прежде. Он словно живое существо разрастался наружу от высокого здания в центре. Она почти видела, как бурлит столица, будто сам город дышал.

Софи уставилась на императорский дворец, разглядывая его снизу вверх. Слишком простое и ничем не украшенное здание не было красивым. Нижние этажи построили немного шире верхних. Изменение в размере происходило постепенно, так, чтобы дворец выглядел как ровная, гранитная гора, возвышавшаяся в центре города. В своей явной массивности дворец смотрелся внушительно. А также казался немного пугающим. Из-за высоты и толстых стен.

– Наш ребенок там.

– Да, она там.

С того дня, как Софи оставила сестер, прошло три недели. Она все еще не знала, вернется ли когда-нибудь на гору Файн. Приступ гнева прошел быстро, но она так и не простила сестер. Сейчас ей просто хотелось найти безопасное место для себя, своего ребенка и любимого мужчины.

Кейн остановил свою лошадь рядом и улыбнулся.

– Ариана в порядке, – ободряюще сказал он. – Мы заберем ее, я убью Фарела, а потом уедем из города и ни разу не оглянемся. – Он, прищурившись, посмотрел на дворец. Улыбка исчезла, но Софи не возражала. Та улыбка была не настоящей. Кейн выглядел столь же напряженным, как она. Даже больше, если такое вообще возможно. – Это плохое место, – сказал он. – Непригодное для леди вроде тебя и, уж конечно, неподходящее для моей дочери.

Впереди Кейн видел только опасности, но Софи все еще надеялась, что им удастся быстро забрать Ариану.

– Я хотела бы ненадолго увидеться с министром Сулейном, если получится. Вдруг, он помнит мою мать. И захочет узнать, что у него есть дочь.

Кейн стиснул челюсти.

– Это плохая идея.

Его интересовали только быстрый вход и выход из города. Она разделяла этот интерес, но в то же время хотела улучить минуту, всего лишь минуту встречи с человеком, который произвел ее на свет.