— Знаете что? — начала Сандра. — Надо сказать об этом Володьке…

— Не вздумай! — хором воскликнули Людоедка и Катерина.

Они переглянулись, и Людоедка пояснила:

— Если решил эмигрировать, должен был сам все проверить. А не захотел искать недостатки… ну что ж, его дело. Может быть, вообще не будет случая об этом узнать.

— Я вообще-то думала о том, что пусть он тут поживет, денег заработает, — пояснила Катерина. — Он парень принципиальный, если узнает, может решить, что не хочет тут оставаться. И зря! Своих-то спиногрызов вряд ли заведет, так что с этим не столкнется.

— Ну, — Людоедка усмехнулась, — дети с любым могут случиться.

— Но с Володькой — вряд ли, — покачала головой Катерина.

— Пожалуй… — признала Людоедка. 

— Нет, — возразил Сашка. — Это нечестно — его о таком не предупредить! Пусть знает, прежде чем начинает здесь жить.

Про себя Сашка подумал: уж не продиктовано ли желание Людоедки оставить Володьку в неведении мстительностью? У них же вроде как что-то вроде романа случилось… А на берег его провожала Катерина, с которой у Володьки ничего, кроме дружбы (тут Сашка был не уверен, но Сандра подтвердила — да, точно так, из всех женщин на борту Володька спал только с казначеем).

А с другой стороны, кому мстить-то? Если Володька здесь заведет девушку или жену, то уж они-то будут местными и в курсе здешних порядков, наверняка и его просветятят… Особенно, если он будет получать гражданство.

Хотя с Володьки станется проигнорировать намеки, а открытый текст принять за местные суеверия. В общем, сказать все-таки надо.

— Ладно, — сказала Катерина, — я дам тебе адрес, раз так настаиваешь. Но, по-моему, зря ты. Меньше знает — крепче спит.

— Спасибо, — сдержанно поблагодарил Сашка. — Завтра разыщу его.

Но ни в тот, ни на следующий день Сашка Володьку разыскать не смог — слишком много было дел. А на третий день настал срок операции «ловля на живца».

***

Они толком не знали, как неизвестный убийца — или, может быть, эфирная сущность, сбежавшая из мобильной лаборатории «Присциллы» при их помощи — отыскивала своих жертв.

Поэтому на всякий случай поступили просто: группа «Контрабандисты» должна была дать концерт в одном из городских парков, о чем оповещало несколько плакатов, развешанных в стратегических местах. Выступать решили вчетвером, без Людоедки: кому-то нужно было охранять корабль — и принять доставку провианта, который она уже заказала. Кроме того, ей единственной нечего было противопоставить неведомому убийце.

Никакой рекламы кроме этих афиш, развешанных в местах, где видели маньяка, не было. Сотник заверил их, что эти места не слишком людные, поэтому много зрителей ждать не приходится.

— А не заподозрит ли что-нибудь это создание? — спросил Сашка.

— У вас будут слушатели из числа стражи, — кивнул полусотник Паштрович, который занимался организацией концерта. — Думаю, твари хватит.

— А если это не тварь? Даже если это эфирная сущность, раз она так долго скрывается среди людей, значит, что-то о наших делах должна соображать…

— Вы что, хотите, чтобы стража Порт-Суглата обеспечила вам бесплатную рекламу? — удивился полусотник.

— Нет, — сказал Сашка. — Просто радею за ваше же дело. Ну, не хотите — как хотите.

Паштрович только головой покачал.

Кстати, отличная маскировка убийцы казалась Сашке самым надежным доводом против того, что они действительно имеют дело со спрутом или другим порождением эфира. Эти существа по определению малоразумны — а даже если были бы умнее всех на свете, все равно не так-то просто столько времени выдавать себя за своего среди существ с другой культурой и другими обычаями! Если же тварь изображает какого-нибудь живущего в парке чокнутого бомжа, то в чистеньком ухоженном Порт-Суглате ее бы поймали давным-давном, без всякого участия экипажа «Блика».