– Мне плевать, чей он подданный! – раздраженно, но гораздо тише своих прежних заявлений, произнес эрл. – Такие оскорбления смывают только кровью, и я пущу тебе кровь, чего бы мне это ни стоило! Я вызываю тебя на бой, грязный сегд!

Что ж, половина дела сделана, вызов от эрла прозвучал. Дело за малым – уложить этого мерзавца да остаться невредимым самому.

– Бьемся на шпагах, здесь и сейчас! – без промедления заявил я.

– Сделайте круг! – распорядился генерал.

Буквально спустя минуту я уже входил в широкий круг, образованный эльфами посреди единственной улицы разоренной ими деревни, и делал это, нарочито сильно прихрамывая на левую ногу. Потому что в дуэли волей-неволей придется ограничивать себя общепринятыми правилами, и здесь не будет возможности применить пистолет или нож, надеть кольчугу или нагрудник из буйволиной кожи. И ловко перемещаться по местности, используя преимущество в скорости, тоже не получится. Так почему же не попытаться ввести противника в заблуждение, обнадежив его мнимой тяжестью ранения?

Никогда я не был забиякой, и в подавляющем большинстве моих дуэлей зачинщиками выступали противники. Даже в тех случаях, когда я вынужден был торговать шпагой, принимая участие в поединке за кого-то другого, для меня было принципиально важно представлять именно не являющуюся инициатором дуэли сторону. Бывали исключения, когда для восстановления справедливости просто необходимо было бросить вызов негодяю, но таких случаев в моей практике было не так уж и много. А уж такого, чтобы мне выпала возможность одновременно свести счеты со своим обидчиком и убрать неудобного для моих невольных спасителей политического оппонента, и вовсе никогда не случалось. То есть случай этот для меня во всех смыслах неординарный. Впрочем, у меня уже трое суток подряд жизнь просто-таки бьет ключом, подбрасывая мне один сюрприз за другим. Так что пора уже, наверное, и привыкнуть к неожиданным поворотам. Спасибо моему другу Бельчонку, упокой Господь его грешную душу…

Начал я осторожно. Часто так делаю, чтобы изучить противника, дать ему возможность действовать первым номером. Когда-то меня этому научил сержант Васко Ньето.

– Это тебе не сражение в составе роты на поле боя и не отчаянная свалка без правил в темном городском переулке, здесь излишняя суета может сослужить тебе плохую службу! – любил говаривать сержант после пары выпитых во время ужина бутылок вина. При этом еще и наставительно поднимал кверху палец, словно призывая небеса засвидетельствовать, что изрекает он сейчас непреложную истину. – В начале дуэли будь собран и не спеши форсировать события. Присмотрись к противнику, чуток изучи его. Часто именно эти минуты будут приносить тебе победу. И попомни мои слова: ты будешь сильно удивлен количеством людей, весьма скверно владеющих шпагой.

Это было сущей правдой – действительно, далеко не каждый, носящий шпагу, прилично ею владеет. Но к эрлу Мереону Азкарраге это не имело ни малейшего отношения. Наррашем он владел очень даже прилично, а вот с самообладанием были очень большие проблемы.

Эльфийский эрл бросился в атаку так, словно он был сильным и очень голодным хищником, а я – слабой, беззащитной жертвой. Его клинок колол и рубил воздух в опасной близости от моего тела, однако мне, несмотря на то что я продолжал поддерживать легенду о болезненной хромоте, постоянно удавалось ускользать от его опасных атак в последний момент. Когда же я, в свою очередь, провел пробную контратаку с ложной угрозой в голову и рубящим ударом в выставленное вперед колено, Мереон ловко ушел в сторону и разорвал дистанцию.

Вот только собственные промахи и необходимость временного отступления ввергали моего противника в еще большую ярость, он снова бездумно бросался вперед, стремясь покончить со мной как можно скорее.