Плохо, потому что очень хочется помочь девушке. И добром за добро отплатить, и несправедливость устранить. И вообще… Вообще, так будет правильно. А еще плохо, что наша акция может не увенчаться успехом, потому что численный перевес очень даже не на нашей стороне.

– Рене… – Мой голос заставил Орлова вздрогнуть. По всей видимости, очень глубоко он ушел в себя, обдумывая прочитанные письма. – Рене, почему вы ввязались в это дело?

– Позволь ответить тебе вопросом на вопрос, – на то, чтобы переключиться с одной темы на другую, ему потребовалось всего несколько мгновений, – а почему ты ввязался в это дело?

– Я? – трудно выразить словами степень моего удивления, потому что решение это я принял молниеносно, ни секунды не тратя на раздумья, считая свое участие делом само собой разумеющимся. Услышав же столь странный вопрос, думал легко и просто на него ответить. Однако, уже открыв рот, я вынужден был взять паузу, поскольку обнаружил, что объяснить свою позицию словами не так уж просто. – Ну, так де Флоресы мне очень помогли, и я не мог не помочь им.

– Сеньор Оберон рассказал нам историю вашего знакомства, – иронично улыбнулся Рене, – только, по его словам, выходит, что сначала ты им помог, а уж потом они вернули тебе должок. Так что, по идее, по прибытии в Уэску вы уже были квиты.

Я хотел было рассказать, что наша встреча в лесу была чистой случайностью и что, не начни люди де Монтихо стрелять в меня, еще неизвестно, решился бы я оказывать де Флоресам помощь, но вовремя одумался. В конце концов, так ли это сейчас важно? По факту-то Орлов прав.

– Мне не нравится, когда одни люди похищают других, – тщательно подбирая слова, начал я объяснять, – тем более когда похищают девушку, за которую некому заступиться. Даже если бы виконт действительно был без ума от сеньориты Элены, все равно он не имел бы права так поступать. А тут он еще и ведет себя как последний негодяй.

– Абсолютно с тобой согласен, Крис! Случай вопиюще несправедливый, и благородному человеку не пристало в такой ситуации проходить мимо. Вот ты и не прошел, да и мы не могли отказать в помощи несчастному отцу. Вообще же хочу сказать, что не зря я не хотел отпускать тебя в Нугулем, твои жизненные принципы подходят нам как нельзя лучше. Вернемся в Эскарон – не теряйся, сразу определим тебя на службу.

– Если девицу отобьем, может, ему и не до службы вовсе будет, – ехидно подала голос эльфийка. – Я так поняла, что семейка-то эта весьма богатая.

– Не зря же Ван Гален о романтике говорил, – поддакнул Арчерион.

– Между прочим, он сказал: «Здесь у нас тоже романтика», – уточнил Рене, бросив в сторону парочки эльфов насмешливый взгляд.

– Да о чем вы? – грустно отмахнулся я. – Подумайте сами: кто я и кто она? Мне до нее как до Луны!

– Ага, а вот виконт де Монтихо считает, что, наоборот, он делает честь де Флоресам, а они упорно своего счастья не понимают.

– Я не де Монтихо, – со вздохом ответил я, отворачиваясь к окну.

– И это очень даже хорошо, – Орлов ободряюще хлопнул меня по плечу. – Ладно, с этим потом разберемся. Будем решать проблемы по мере поступления.

Не совсем я понял, что он сейчас имел в виду, но уточнять уже не стал. Все эти намеки на мои чувства к сеньорите Элене, конечно же, имеют под собой кое-какие основания, но сейчас явно неуместны. Да и, как я не раз уже упоминал, никаких надежд мне тут питать не стоило.

Гораздо больше меня сейчас интересовало, почему компания Орлова ведет себя так уверенно, будто ни капли не сомневается в успехе? Нас ведь всего девятеро бойцов, включая разведчицу, плюс четверо слуг и сеньор де Флорес, способный лишь молиться за нашу общую удачу.