И если допустить, что сказанное Мораном правда, то…

– Первый кристалл у тебя, – произнесла я утвердительно, не спрашивая. Наличие подобной реликвии могло объяснить не только молодость Морана… но и мою. Ведь по легендам кристаллы даровали невообразимую силу своим владельцам.

– Был когда-то.

– Значит, ты правда создал раскол…

В моем сознании слишком ярко отпечатались записи из хроник. Смертей столько, что скоро закончатся страницы. Слишком много невинных жизней…

Улыбка слетела с лица Люция.

А я прикрыла глаза, пытаясь погасить неожиданно вспыхнувший гнев. Он накатил стремительно и внезапно. Будто последнее признание сломило все те успокаивающие слова, что я шептала себе прежде.

Мне давно не хотелось поступить настолько необдуманно. Устроить скандал, обвинить Морана во всех грехах или использовать кинжал. Отсутствие силы чувств давало о себе знать. Эмоции, которые раньше едва тлели, теперь разгорались, искрили, как раскаленные угли от ветра.

Успокойся. Тише. Лучше подумай…

Мысли прояснялись. Я потихоньку смогла выделить самое важное.

Допустим, по неизвестной причине светлый кристалл выбрал меня. Тогда в день появления раскола я оказалась с Мораном совсем не случайно. Возможно даже, по своей воле.

Мне надо вспомнить, что все-таки произошло двадцать семь лет назад.

Я долго стояла с закрытыми глазами, и меня совсем не заботило, как это выглядит со стороны. Мысли метались, цепочки информации соединялись, но все это пока оставалось лишь предположениями.

В какой-то момент я вдруг отчетливо ощутила, что Майя вернулась в замок. Шаг, потом второй – девушка поднималась по лестнице. Дыхание быстрое, она взволнованна и охвачена радостью. Радость… от встречи с отцом.

Казалось, протяни я руку, смогу коснуться… Коснуться ее души.

– Хм-м, – протянула я задумчиво, едва слышно. Сжала ладонь в кулак и медленно разжала, потом открыла глаза и неожиданно поняла, что зал уже опустел.

Мы остались наедине. Я и Люций.

Сама не заметив как, я слишком погрузилась в себя.

В воздухе повисла тишина. Выжидающая. Звонкая. И в то же время мирная.

Моран полубоком сидел на стуле. Его локоть лежал на столе, а указательный палец упирался в висок.

– Ты всех отослал?

– Да. Подумал, что у тебя пропало настроение, – ответил он, оторвав рассеянный взгляд от стены.

Я склонила голову, будто заново его увидев.

Чудовище? Проклятый Черный Змей? Никто из встреченных мною в этой крепости не считает его таковым. Именно поэтому я никак не могла увидеть в нем врага. Даже несмотря на однозначные слова Сезара и записи в хрониках.

– Сара-Сара… – протянул Люций. – Помнишь, как мы впервые встретились в академии?

– Да, – осторожно подтвердила я.

В лагерь у озера Спокойствия даэвы начинали приезжать за два года до начала основного обучения. Два лета по две недели, в шестнадцать и в семнадцать лет. Но следующим летом после нападения ревенанта Моран в лагерь так и не вернулся. Поэтому мы встретились с теневым даэвом лишь в Академии Снов, когда нам обоим исполнилось по восемнадцать.

После ночного сна некоторые воспоминания, самые ранние, обрели четкость.

Я приблизилась к столу, отодвинула стул. Села, освежая в памяти события, казалось, недавних лет.

После встречи с ревенантом в ту ночь у озера Спокойствия я проснулась у врачевателя. К тому времени молодые даэвы закончили обучение и отправились по домам. А я узнала, что несколько дней находилась без сознания.

Я пришла бы в себя раньше, но меня намеренно поили снотворным для скорейшего выздоровления.