– Это невозможно!

– Да что ты, – насмешливо усмехнулась я.

– Я не смогу!

– Ну как знаешь, – пожала я плечами.

Прыгать на мостовую Питер явно передумал и уже не пытался от меня отодвинуться. В его глазах лихорадочно бились мысли. Это и понятно, никто не хочет умирать в тринадцать лет. Останавливало парня лишь одно:

– Но это ведь… незаконно? Я должен доложить… сказать!

Я хмыкнула. Ох и трудно с этими примерными мальчиками. С бунтарями куда проще, те сразу ищут лишь одну возможность – выжить.

– Если хочешь и дальше жить с мамой и папой, ходить в школу и кататься на коньках – научись себя контролировать. И да – молчать.

– Но я стал чудовищем!

Вбитые в голову устои сражались в его душе с нежеланием умирать. Разум боролся с инстинктом самосохранения, требующим сделать так, как я предлагаю.

Питер боялся, а я не мешала ему выбирать. Это его путь, пусть решает сам.

– Говорят, деструкты со временем делаются совершенно безумными, – едва слышно прошептал Питер. – Разорванная линия Духа гниет внутри и разрушает тело. Кожа и волосы выцветают и делаются темно-серыми, а глаза багровыми, как у демонов преисподнии. А еще у деструктов появляется жажда человеческой крови и мяса. Потому их и отправляют в Пески. Чтобы они не навредили нормальным людям.

– И кто тебе все это сказал?

– Святой отец из нашей церкви… Да все это знают! И в газетах пишут…

– А может, все это вранье, – оборвала я. – Теперь у тебя есть шанс узнать правду.

– Но почему? – Мальчишка все-таки заплакал. – Почему это случилось? Почему со мной?

Увы, я могла сказать лишь то, что пишут в учебниках. Вряд ли Питер узнал от меня что-то новое, но слушал внимательно.

– Все дело в низкочастотных вибрациях, – негромко произнесла я, задумчиво рассматривая окутанные серебряной дымкой кроны деревьев и темные силуэты ангелов, застывшие на постаментах у изгибающейся вдали реки. Когда-то люди верили, что они охраняют от сил зла. Пока не поняли, что зло – сами люди. – Наше тело изначально создано безупречным, но эти вибрации его разрушают. А создают вибрации не злые демоны, а мы сами. Своими мыслями, эмоциями и поступками. По сути, мы сами вырабатываем то, что разрывает человеческий Дух и заставляет болеть или изменяться тело. Темные колебания провоцируют разрывы на линиях Духа. А разрыв… разрыв имеет последствия.

– Я знаю про темное эхо! Но ведь на празднике все было в порядке! Люди веселились!

Все верно. Есть то, что укрепляет линии Духа, а есть то, что провоцирует разрыв. Темное эхо – это темные эмоции, пороки и преступления, которые разрушают человеческие линии силы.

– И все же это случилось, – вздохнула я. – Да, все знают о разрушительных эмоциях, которые могут создавать опасный фон. Злость и ненависть, гнев и обида, тоска и сильное горе… Теневая девятка, описанная еще в первой «Книге Духа». Ты прав, на праздниках редко появляется темное эхо, но ведь дело не только в нем, Питер. Низкие частоты почти всегда присутствуют в людской толпе, увы, чтобы избежать их, надо переделать человеческую природу. Но пока лишь Совершенные достигли нужно уровня Возвышения. Возможно, твои линии Духа оказались слабее, чем у других. А может, ты попал в блуждающий вихрь или яму скверны. Может, когда-то на месте этого катка случилось нечто страшное, и остался темный вибрационный след. Такое тоже иногда случается. И даже миротворцы не всегда могут это отследить и предотвратить, – медленно произнесла я.

Когда ученые выяснили правду о линиях Духа, то обнаружились вихри и ямы.