— Так-так-так, — произнес Мирко, глядя на монитор с показаниями.

— Интересная картина, — вторил ему профессор.

— Что там?

— Лежи не дергайся! — шикнул на меня Мирко.

— Мне же любопытно!

— Любопытно… мне тоже любопытно. Со здоровьем у тебя полный порядок. Я бы сказал, что даже слишком…

— Это как? — заволновался я. Вот Мирко и нашел внутри меня что-то жуткое. Противоестественное.

— У тебя же нет аппендикса? — вопросом на вопрос ответил Мирко.

— Зачем ты спрашиваешь? Ты мне сам его удалял!

Приступ аппендицита застал меня на вызове, прямо в открытом космосе. Что-то кольнуло в правом боку, потом ныть начало. Мирко провел срочную операцию… ну как операцию — сделал мне инъекцию с нанитами, которые выгрызли и утилизировали воспалившийся отросток.

— Удалял. А теперь я на него любуюсь.

— Да, молодой человек, вас не обманывают — на месте ваш аппендикс, — подтвердил Попов.

— Но этого не может быть! — Я все-таки привстал в капсуле.

— Вам сколько лет? — спросил у меня профессор.

— Тридцать два.

— А организм у вас двадцатилетнего юноши. Причем юноши с идеальным здоровьем. Который никогда ничем не болел. Не получал травм…

— Ну, этого добра у меня навалом, — возразил я.

— А медицинский сканер говорит, что вы как младенец, который даже на коленку ни разу не падал. Нет рубцовой ткани, совсем нет. Поразительно! — восхитился профессор.

— Получается, что ты не только лечишь себя, но и восстанавливаешь до исходного состояния! — мелькнула у Мирко догадка. — Это, конечно, надо проверять… но результаты даже быстрого сканирования невероятные!

— Слушай, а молодость ты продлять умеешь? — заинтересованно спросила Клер.

— Не знаю. Но в чем уверен — так это в том, что бессмертие я дарить не умею. Если вас подстрелят, то воскресить не смогу.

— Подходит, ты вылечишь, если нас ранят. Уже кое-что! — Клер была на позитиве.

Уверенность, что кто-то из членов нашей команды может пострадать при перемещении в отсек СБ, укрепилась, как только мы вошли в переход между сегментами. Переход не был типовым, более того, он выглядел наспех сделанным. Видимо, он не входил в типовую конструкцию станции и его прорубили, чтобы обеспечить быстрый доступ охраны в лабораторию. Тут даже обшивки не было — открыв люк, мы оказались в металлической трубе с блестящими стенами.

— Вентиляции и других коммуникаций тут нет, — констатировал очевидный факт Том, — спрятаться некуда.

— Значит, идем с высоко поднятой головой! — сказала Клер и показала пример, которому Том не последовал: паренек осторожно пристроился к хвосту нашей процессии.

— Я бы с удовольствием посмотрел на ваши умения! — гнул свое Попов. — Я хоть и меха, но все-таки биолог…

— Сплюнь, отец, — не дал договорить профессору Мирко, — да не под ноги. А через левое плечо. Три раза! Не дай бог, нам Данин талант пригодится.

Шли мы шумно, ботинки скафандров грохотали по голому металлу. Ни о каком скрытном передвижении и речи быть не могло. Поэтому психовал не только Мирко, но и я тоже. Запереть нас в этом переходе для спецназа «Рейнбоу» было раз плюнуть, поэтому нам стоило поторапливаться. Этот факт дошел и до Тома, он потихоньку ускорялся, в результате обогнав меня и Мирко.

— Чего вы плететесь? — осмелел паренек, поравнявшись с Клер, — давайте побыстрее отсюда убираться.

По моему мнению, сильно спешить нам тоже не стоило. Во всем нужен баланс — поспешай медленно, поступай вдумчиво.