Однако и укрывшиеся там нападающие не собирались отсиживаться без дела.

— С брони! — заорал не своим голосом лейтенант, и давка, творившаяся до этого на нашем «Мародере», удивительным образом исчезла! Десантники соскакивали с танка, как блохи от кипятка, мы же последовали за ними без промедления.

Я постарался отпрыгнуть от «Мародера» на максимально возможное расстояние, чтобы и под огонь не попасть, и не быть похороненным под тушей одного из десантников. Погнавшись за дальностью, я забыл о точности. Поэтому врезался плечом в борт сухопутной баржи и кулем свалился на бетон. Хотя мое неуклюжее падение, может быть, подстроила рука провидения. Мне стоило только распластаться на бетоне и перекатиться вбок, и я оказался под прикрытием днища огромного колесного монстра. Уютное место, чтобы переждать побоище. Я достал пистолет и снял его с предохранителя.

— Гэб? Клер? — спросил я с надеждой, что между нами настроен канал связи. — Вы целы?

Мой продвинутый костюм, скорее всего, имел и систему собственного позиционирования, и поиск дружественных объектов. Но как ее включить, я понятия не имел! Отдельное за это спасибо безвременно почившему капитану, чтоб его на том свете жнецы на сковородке жарили!

Вместо моих товарищей мне ответил Смирлов:

— Поднимайтесь наверх!

Идея лейтенанта мне не понравилась. Наверху что-то ухало и взрывалось. И выползать туда из относительно безопасного укрытия мне отчаянно не хотелось. Хотя если жнецы планировали подобраться к нам и по земле, то мое положение никак нельзя было назвать безопасным.

— Данил, мы тебя ждем, — поторопил меня и Габриэль.

Достали, блин. То вниз, то вверх, я им что, блоха какая-то, что ли⁈ Ворчать можно сколько угодно, но засиживаться было нельзя — вдруг «топоры» решили пойти на прорыв? Тогда передо мной открывалась незавидная перспектива остаться с жнецами на тесной приватной вечеринке с глазу на глаз.

Мышцы моей брони развивали внушительное усилие, я дополз до щели между грузовиками и прыгнул. И не рассчитал сил. Я подлетел вверх, как долбаный кузнечик, поднявшись над корпусами сухопутных барж метров на десять. Ох и зря я это сделал, да и вообще из укрытия на белый свет выбрался! Ибо над затором разворачивался настоящий ад! Десантники, рассредоточившись по крышам, долбили по тоннелю из всего своего арсенала. Несчастные прозрачные стены секло ливнем снарядов, выносило залпами ракет и жгло лучами. Но это еще не все — вниз летело все то же самое счастье примерно в таком же количестве.

Один «Мародер» уже выбыл из строя. Его пылающий остов лежал на грузовике, и удивительное дело — его башня продолжала стегать огненными трассами тоннель. Продолжалось это недолго, огонь добрался до какой-то жизненно важной системы танка, взрыв развернул его изнутри, превратив в жуткий стальной «цветок».

Второй «Мародер» еще кружил, несмотря на огненный дождь, который на него лился. От танка летели куски, расплавленные брызги, но чудо марсианской инженерной мысли держалось!

Это все я заметил, падая на грузовики, но долететь до них не успел. Меня прямо на лету подхватил кто-то из «топоров». Его броня на реактивной тяге понесла нас с такой скоростью, что аж дух захватило! Но куда больше его захватило еще одно апокалиптическое зрелище — на и так изрешеченный участок тоннеля пикировал наш дрон. При этом он расстреливал тоннель из пушки и туда же наваливал ракетами. А напоследок еще и врезался в объект атаки, пробив дыру в стекле и выгнув несущие балки. Огонь от взрыва еще не успел погаснуть, а несущий меня на руках как младенца десантник влетел в пролет. Дальше он со мной поступил так, как никакая любящая мамаша со своим чадом не поступит.