Мы минуем коридор и спускаемся на лифте в огромный игровой зал. Воздух здесь гудит от напряжения, смешанного с ароматом дорогих сигар и женских духов. Мягкий свет от хрустальных люстр, отражаясь в мраморных полах, создаёт иллюзию подводного царства. Звуки состоят из приглушённого шёпота, цоканья фишек, стука шариков в рулетке и редких взрывов смеха, резко контрастирующих с общим напряжением. Высокие колонны, украшенные инкрустацией, разделяют пространство на отдельные зоны. В одной – блестят ряды игровых автоматов, их экраны залиты яркими красками и перемигиваются разноцветными огнями. В другой – столы для покера, окружённые сосредоточенными игроками. В углу, скрытый за высоким каскадом цветов, находится бар, где мужчины потягивают виски. Официанты проносятся между столиками, восполняя запасы напитков.

Гай ведёт меня к полупустому столу для покера. За ним сидят всего несколько человек, а два стула свободны – как будто специально для нас с Гаем. Когда один из сидящих мужчин поднимает голову, у меня округляются глаза от удивления при виде Аластера Гелдофа. Рядом с ним сидит смугловатый мужчина с иссиня-чёрными волосами и небольшой щетиной на подбородке и щеках. Он одет в дорогой костюм, а на пальцах сверкают перстни, будто он нарочно выставил всё своё богатство напоказ. Помимо них за столом сидит Логан Гелдоф и две женщины. Одну из них я узнаю – жена Аластера. А женщина рядом со смуглым мужчиной, по-видимому, его супруга. Заметив Гая, оба мужчины приветствуют его лёгкими кивками.

– Садись и, главное, молчи, – шепчет мне Зайд, пододвигая стул.

Мне хочется спросить, зачем Гай притащил меня сюда, но потом я почему-то решаю, что, скорее всего, он просто не хочет оставлять меня одну надолго: может быть, я убегу. Гай усаживается на своё место, а Зайд вместе с телохранителями остаются стоять позади нас. К слову, телохранители Гая здесь не единственные – за спинами мужчин с их жёнами также стоят суровые дяди.

У всех присутствующих, в том числе и у женщин, глаза на лоб лезут. Наверное, эта дерзость их впечатлила.

Гай остаётся спокоен на такую колкую шуточку, хотя она имеет смысл. Гай очень молод для того, чтобы править целой преступной организацией, и всех вокруг, видимо, именно это и толкает на несерьёзное отношение. С другой стороны, это даже плюс – никто не ожидает от Кровавого принца особой опасности. Мистер Ровере. Знакомая фамилия. И, видимо, он итальянец. Может, итальянская мафия?

Итальянец переводит взгляд на меня, как будто до этого вообще не замечал, что вместе с Гаем пришла девушка.

Итальянец усмехается. Его жена с интересом вглядывается в моё лицо. А Гелдофы пока выглядят безучастно: даже Логан, который пытался клеиться ко мне, когда я была у них «в гостях» и навещала маму с Диланом.

Гай, невозмутимо посмотрев на Аластера, отвечает:

Наконец ухмылочка с лица Ровере сползает. Это почему-то дарит мне невероятное удовольствие. Он слишком много о себе возомнил.

Гай делает паузу, позволяя своим словам повиснуть в воздухе, а потом продолжает:

Ровере выглядит теперь заинтересованным. Былой надменности на лице и не осталось.

– Триумвират, – говорит Гай. – Мы – британцы, ирландцы и итальянцы – объединяемся. Вместе мы контролируем не только Англию, но и всю Европу.

Это становится таким шокирующим заявлением, что и Ровере, и Гелдоф переглядываются, подняв брови до складок на лбах. Ещё бы чуть-чуть – и их челюсти с громким стуком ударились бы об пол. Я удивляюсь не меньше. Не знаю, как дела обстоят между британцами и итальянцами, но что касается ирландцев – об их вражде с «Могильными картами» мне слишком хорошо известно. Их преступная деятельность смешалась с политическими взглядами, и ненависть друг к другу только крепчала. Всё было настолько плохо, что меня сделали женой Гая в качестве мести ирландцам.