Уши заложило от громкого, резкого звука. В мгновение ока перестали существовать и пассажирский поезд, и товарный, и состав с цистернами. Яркое, огненное солнце расцвело на пустынном морском берегу. И был свет, и только свет, и ничего, кроме света, разве что только ударная волна.

    Позже я понял, что десантник стал моим спасителем. Ударная волна смела нас с земли и бросила в море. Поскольку парень стоял спиной к составу, то есть находился ближе к эпицентру взрыва, основной удар пришелся на его плечи. И яростный напор огня - тоже. Он стал моим щитом, хотя, пока мы долетели до воды, от щита этого почти ничего не осталось. Я видел, как быстро сгорает его тело, как плавятся волосы, как вылезают наружу глаза. Но сделать ничего не мог. Я не колдун и не маг, чтобы повелевать огненной стихией. И когда руки парня, вернее, то, что от них осталось, ослабили свой зажим на вороте моего плаща, я упал в спасительные морские воды.

    Прошла вечность или минута, не знаю. Я погрузился в море с головой. Сначала вода показалась мне очень холодной. Но затем потеплело. Потеплело настолько, что я на мгновение поверил, будто нахожусь в Испании. И стоит поднять голову из соленой свежести - тут же увижу особнячок, сверкающий на солнце алебастровыми стенами. Уютный, изнывающий от жары, но с прохладным бассейном и тремя холодильниками, забитыми всевозможными напитками. На крыльце - загорелая шоколадная фигурка в ярком купальнике машет платком. Под навесом поблескивает хромированными боками «роллс» с откидным верхом…

    Впрочем, а стоит ли поднимать голову? Ведь в море и так хорошо. Спокойно, уютно. Главное - никакого шума. Идеальное общество - все делают свое дело молча, не обременяя ближних бесконечной трескотней. Водоросли плывут, стайки рыб - суетятся, крошечный рачок отважно преодолевает кратеры на желтом песчаном дне. Кстати, о дне… Если лечь на него всем телом, а не только топтать ногами, можно получить массу преимуществ. Во-первых, можно наблюдать за тем, что происходит на поверхности. Вот прокатилась огненная волна. Вот полетели хлопья сажи. Вот осколки металла падают вниз серебристым смертоносным дождем. Ерунда, для нас они не опасны. На поверхности такой кусочек метала запросто может рассечь кожу, а при точном попадании - и вовсе проломить голову. Здесь же, у самого дна, мы созерцаем их умиротворенными, погасившими свою мощь в танцах с миллионами воздушных пузырьков и оттого абсолютно безвредными. Во-вторых, у самого дна не так сильно ощущается движение моря. Покачивает, конечно, но слегка, словно на массажном кресле. Очень, очень удобно. В-третьих, на дне можно соединиться с Землей. Здесь это сделать легче, чем на поверхности, поскольку нет суеты, ветра, непогоды, а только песок. Мягкий, ласкающий пальцы и шелестящий Между волосами. Зовущий, сладкий, нежно-обещающий песок…

    -  Выныривай! - засверлил в висках невыносимо громкий крик Свина.

    Вслед за этим я почувствовал его зубы на моей руке. Резкий, больше похожий на удар рывок - и я покинул гостеприимный подводный мир. Тяжкое ощущение. Из царства безмолвия - в кромешный ад криков, сдобренный ревом полыхающего состава. Из невесомой упорядоченности - в хаос окровавленных людских тел, обломков металла, плавающих по волнам вещей. Из блаженства - в холодный колючий мир, где снова надо страдать, бороться и брать на себя ответственность.

    Как бы там ни было, Свин опять спас мою шкуру, приведя меня в чувство мощной энергетической пилюлей и вытащив мое, совсем уже расслабившееся тело из-под воды.

    Я громко кашлял, выплевывая воду. Свин плавал рядом, положив одно копыто мне на плечо и суча всеми остальными для поддержания своей туши на поверхности воды.