-  Больше взрывов не будет, можно выбираться, - прохрипел Свин. Ему было тяжело, рыло едва виднелось над водой. Резвые волны с насмешливой периодичностью плескали в его разинутый рот соленую воду, которую Свин тут же громко сплевывал, успевая при этом задиристо материться.

    Я погреб к берегу. Взрывная волна отбросила меня всего метров на пятнадцать, поэтому особо стараться не пришлось. Едва коснувшись ногами земли, я взял Свина за ошейник и, рассекая воду свободной рукой, неспешно побрел. Через пару минут мы вышли из моря. Свин без сил повалился на песок. Только сейчас я заметил на его правой ляжке довольно большой порез. Не смертельно, но крови много. Я стянул с себя мокрый плащ и прикрыл им Свина. Сам опустился рядом и положил голову ему на брюхо.

    Уже совсем рассвело. Весь берег был покрыт обломками трех составов. Железо, пластик, дерево, остатки вещей пассажиров. Я рассмотрел даже кусок таблички с вагона: солнце осталось на другой половине, но чайка виднелась отчетливо, рельефно. Цистерны с нефтью продолжали пылать. Их содержимое вылилось в овраг по левую сторону железнодорожной колеи. Я пытался не думать, что стало с теми людьми, которые отказались идти в море и попытались преодолеть овраг и скрыться в лесу. Единственным плюсом от взрыва цистерн, если можно говорить о каких-то плюсах, являлся сильный жар. Благодаря ему на берегу временно воцарился тропический зной. Очень кстати, поскольку на дворе стоял не июль месяц и без такого кострища продрогшие в холодной воде люди замерзли бы очень быстро.

    Пассажиры скорого поезда «Москва - Приморск» постепенно выбирались из моря на сушу. Кто-то поспешно, кто-то, наоборот, крайне нерешительно, поскольку они боялись нового взрыва. Допускаю, что некоторые могли поддаться чарам подводного мира, как едва не поддался им я, и остаться в нем навсегда. Неплохо бы проверить, но сил не осталось совсем.

    -  Лежи, - хрюкнул Свин, отчего его брюхо заходило ходуном. - Мы достаточно погеройствовали на сегодня. Пусть поработают другие…

    Я в нерешительности сжал кулак, прикидывая, хватит У меня сил подняться на ноги или нет.

    -  Да лежи же, я сказал! - недовольно сплюнул на песок Свин. - Тебе надо прийти в себя, нам понадобиться максимум твоих сил в самое ближайшее время. А насчет тех, кто в воде… Пятерым уже ничем не поможешь: они слишком поздно нырнули и двоим опалило голову огнем, а остальных посекло осколками. Но тех, кто еще живой, вытащат другие пассажиры.

    Я расслабился. Свин в это время, полагаю, крутил энергетические потоки, чтобы привести себя, и меня заодно, в относительный порядок. Минут через пятнадцать он колыхнулся, давая понять, что оздоровительный сеанс закончен. Я сел, Свин тоже сел на задние лапы. Я поправил на нем плащ.

    -  Так нормально?

    -  Сойдет… Нет, ну ты посмотри на этих парней…

    Я проследил за его взглядом и увидел Чука с Геком, выходящих из пены прибоя. Полагаю, они заплыли дальше всех, так что взрыв их никоим образом не покалечил. Все тот же черный гламур, разве что волосы слиплись да губы посинели.

    -  Там не осталось еще одной цистерны про запас? - громко спросил меня Свин, когда Чадов проходил рядом с нами. - По-моему, взрыв не достиг своей цели.

    -  Очень даже достиг, - улыбнулся подошедший Гешко. - Все, кто панически боялись погибнуть в катастрофе или не хотели жить и искали внешнего повода, чтобы отправиться на тот свет, получили по своей вере. Что же касается нас, то…

    -  «Падут подле тебя тысяча и десять тысяч одесную тебя; но к тебе не приблизится», - на память процитировал Чадов, разгребая песок руками.