Мы подошли к магазину и выяснили, что он еще закрыт. Часы показывали без четверти десять. Понятно. В провинции открываться в восемь утра не имеет смысла. Мы присели на скамейку неподалеку, так чтобы видеть вход в магазин, и предались невеселым размышлениям.

    До Приморска нам удалось добраться на машинах МЧС. Сначала возникла идея тормознуть попутку, но выяснилось, что все наши деньги сгорели, а кредитки оплавились. Мой «глок» остался лежать на дне моря. От ноутбука остался только шнур для подзарядки. Поэтому пришлось дожидаться вместе со всеми спасенными пассажирами воя мигалок. Нас хотели поместить в реанимацию, но мы со Свином тихонечко слиняли, едва машина притормозила возле здания областной больницы. Сделать это оказалось довольно легко: несмотря на обилие постоянно переговаривающихся по рации людей в погонах, слаженность действий между ними отсутствовала, порядка не наблюдалось вовсе, и нашему побегу никто не препятствовал.

    Больница находилась в самом центре Приморска. Мы вышли на городской бульвар практически сразу - не пришлось тратиться даже на троллейбус.

    Ассортимент имевшихся на местном Родео-драйв магазинов нас не порадовал. Вещей ведь совсем не осталось. Какие там чемоданы, если на воздух взлетели тонны металла… Но магазин с мужской одеждой обнаружился всего один. Ладно, главное - кресты сохранились. У меня - на шее. У Свина - крепко впаянный в ухо в темной пластиковой капсуле, наподобие пирсинга…

    Итак, мы хотели только одного - одеться. Без денег сделать это, правда, было сложно, но у меня имелись кое-какие идеи на сей счет.

    Магазин открылся ровно в десять. Зайдя внутрь, я снова испытал приступ дежа вю. Пахло сукном и нафталином. Вдоль стен висели однообразно-плохие костюмы серых и темных расцветок. Под стеклом прилавка красовались целлофановые упаковки с голубыми сорочками и десяток галстуков с блеклым рисунком. Нет, мне тридцать лет или всего лишь десять? Последний раз такую скуку я лицезрел в третьем классе, когда ездил с отцом на каникулы к бабушке и мы зашли в районный универмаг…

    Распоряжался данным «великолепием» молодой человек лет двадцати пяти с редкими усиками и мелкими чертами лица. Остатки моей одежды он оглядел скептически, но без презрения.

    -  Здравствуйте, чем могу помочь?

    -  Видите ли, - прокашлялся я, - мы попали в катастрофу…

    -  Мы - это вы и ваша свинья? - поднял бровь продавец.

    -  Да, я всегда беру его с собой, поэтому привык говорить во множественном числе…

    -  Я знаю про катастрофу, - сообщил молодой человек. - Она произошла на Узловой станции, верно?

    -  Да.

    -  По радио передавали, что сошел с рельсов состав с горючим…

    -  И не один, - кивнул я.

    -  Еще передавали, что жертв мало, пять или шесть человек…

    -  Вранье, как обычно…

    -  Понимаю, - кивнул продавец, - извините, что спрашиваю. Вам, наверное, больно говорить. Но по радио редко услышишь правду. А по телевизору и вовсе покажут только обломки поезда, а потом будут мусолить рожи членов правительственной комиссии, которая, как всегда, протянет с выводами о причинах катастрофы до тех пор, пока о ней не забудут… Выбирайте, что вам нравится.

    Я прошелся вдоль вешалок. Костюмы были одинаково отвратительные. Я выбрал себе темную тройку, в едва заметную пунктирную полосочку. С пивом пойдет, а жилет можно отдать Свину, если на него налезет, разумеется.