— Незаметно удрать не получилось, — мрачно крякнул Трошкин. — Хотели как лучше, а получилось, что я вас подвел, Саша.

— Вы-то здесь при чем? Я же сама попросила вас… то есть пожаловалась вам… ну, в смысле, что это была моя инициатива.

— Иными словами, вы не сердитесь на меня? — бодро поинтересовался Трошкин. — Нет?

— Нет.

— Тогда, как только закончите с неприятными делами, — Трошкин выразительно посмотрел на Васю, — приходите в бар на чашечку кофе. Жду вас там.

Я вылезла из машины, поблагодарила за приятную прогулку и побрела на заклание. Вася, само собой, сопровождал меня, корча свирепые рожи.

Как только мы вошли в холл, Вася кровожадно облизнулся и громко спросил:

— Где вы были, гражданка?

Со всех сторон на нас смотрели любопытные. Куда ни плюнь, всюду глаза, глаза, глаза. Нужно будет предложить какому-нибудь молодому дизайнеру оформительскую идею: стены, состоящие из глаз — маленьких, больших, круглых, раскосых, голубых, карих, но все должны быть напряженно-любопытными. Панно может называться: «Я не одинок».

Вася никогда меня не щадил и на публике всегда вел себя особенно безобразно.

— Вам, милая моя, запретили покидать территорию пансионата, — констатировал он. — Где вы были?

— Уезжала по делам, — высоко подняв голову, ответила я. — По срочным.

— Хотелось бы узнать — по каким делам? По каким таким делам втихаря удирают те, кого подозревают в убийстве? Рассказывайте, гражданочка.

— Здесь? — Я гордо оглядела прячущихся по углам зрителей. — При всех?

— А что? — Вася мерзко прищурился. — Ваши дела не слишком приличны?

— Мне нужно было срочно ограбить банк, — громко сообщила я всем. — Наручники надевать будете? Нет? Тогда куда прикажете проследовать?

Как только дверь кабинета директора пансионата закрылась за нами, Вася расслабленно плюхнулся в кресло и радостно спросил:

— У меня получается?

— Что? — не поняла я.

— Быть злым ментом? Не любить тебя? Придираться?

— Можно подумать, у тебя хоть раз получалось быть добрым ментом и не придираться ко мне, — горько вздохнула я. — Так ты все это делаешь специально?

— Конечно! — Вася принялся почесывать пузо, что всегда свидетельствовало о его хорошем настроении. — Конечно. Пусть все думают, что я тебя обижаю и что ты у меня — главный подозреваемый. Давай, рассказывай про своего Трошкина. Что ты из него вытянула?

Только я раскрыла рот с намерением рассказать о любви Трошкина к народу, как за дверью послышались крики, топот и прочие тревожные звуки. А через пару секунд дверь распахнулась, и в комнату ввалился Леонид.

— Убили кого? — безжизненным голосом спросил Вася.

— Принимаю ставки! — радостно выкрикнул Леонид. — Кого?

— Иратова? — Я медленно опустилась на стул.

— Нет!

— Трошкина? — предположил, как мне показалось, с надеждой добрый Вася.

— Нет!

— А кого?! — спросили мы хором.

— А никого! — Леонид расхохотался и почему-то погрозил нам пальцем.

— Дурак! — Вася разозлился. — Что ты мне здесь нервы треплешь? Не хватало только второго убийства прямо у нас под носом. Нашел повод для шуток!

— Не убили, но пытались, — объяснил Леонид.