— Верю, — поспешно затараторила я, — я вам верю, Люда. Но кто — они? Кому мог помешать ваш муж?

— Вот! — Людмила повернулась ко мне. — Посмотрите!

Она торопливо достала из кармана мятую бумажку и протянула ее мне. Я с некоторой опаской развернула ее и прочитала: «Негодяй! Ты еще ответишь за свой гнусный поступок». Видимо, на моем лице отразилось что-то вроде недоумения, и Людмила поспешила объясниться:

— Я нашла ее у нашей двери. Вадиму, конечно, не показала, он и так весь на нервах. Но мне, лично мне, все стало понятно. Его пугают, вы видите, Саша? Его стараются вывести из себя.

— Люда, — я вспомнила, как разговаривают с молодыми мамашами детские врачи, и постаралась добиться той же успокоительно-доверительной интонации. — Допустим, какой-то гад пытается нервировать вашего мужа. Ну и что? Подозревать милиция может кого угодно, но доказательств-то у них нет никаких. Стоит ли так волноваться?

— Стоит! — Людмила вцепилась мне в руку, как клещ. — Стоит! Понимаете, четыре дня назад при большом скоплении народа Вадим поссорился со Светой. Он был не прав, но и она погорячилась. Он ее обидел, а она грозила ему каким-то разоблачением. Представляете? На приеме в немецком посольстве, народу — тьма, а тут такое. Но она не собиралась его разоблачать! Мы с ней виделись на следующий день, и она сказала, что просто пугала Вадима, ну, в отместку за его бестактность, понимаете? Потом они поговорили по телефону и помирились: он извинился, она сказала, чтобы он забыл ее дурацкую угрозу. Но все те, кто был на приеме в посольстве, не слышали их телефонного разговора. И теперь ему будут инкриминировать сведение счетов. Тем более он пошел к ней, когда она была еще жива, а позвал на помощь, когда она была уже… — Людмила разрыдалась.

— Люда, — я обняла ее за плечо, — поверьте мне, я много лет работала в отделе происшествий нашей газеты и кое-что знаю о милиции. Все, что вы рассказали, не может быть доказательством вины. Никогда. Поверьте мне.

— Да, но помешать его предвыборной кампании может.

Тут мне возразить было нечего.

— Если быстро найдут настоящего убийцу… — начала я.

— Не смешите меня! — Людмила сердито расхохоталась. — Когда у нас находили убийц?

— Находили, — обиделась я. — И не раз.

— Нет! — Людмила пресекла все мои попытки защитить органы внутренних дел. — Ни разу. Уж я-то знаю.

Мы тихо сидели рядом и думали каждая о своем. Я достала сигареты, предложила Людмиле, она взяла, и мы закурили.

— Света была хорошим человеком, — вдруг сказала Людмила. — Что бы про нее ни говорили. Не верьте никому.

Я не спорила, хотя ненавидящий взгляд этого хорошего человека до сих пор жег мне спину.

— А что ответил ей ваш муж на приеме в посольстве, когда она ему угрожала? — мягко спросила я. Людмила выпрямилась и посмотрела на меня настороженно.

— Я имею виду, что услышали окружающие? Ведь он должен был как-то прореагировать?

— Он рассердился. — Людмила затосковала. — Он неправильно себя повел. Ему бы надо было посмеяться, превратить все в шутку, а он разозлился. Вы правы, все заметили, что он напряжен. Он сказал: «Я смогу найти на тебя управу».