Поставив точку, профессор обернулся к Муну:

— Ну вот, я в вашем полном распоряжении… Я не сыщик, но догадываюсь, что вы не пришли бы за полночь, если бы произошло что-то особенное. Я даже догадываюсь: вы наконец поймали убийцу Спитуэлла, но вас мучают некоторые сомнения…

— Профессор, поступайте ко мне на службу… Вы образец проницательности. Убийца — русский. Его прислали из России со специальным заданием… Это месть за показания Спитуэлла на процессе Ротбахов.

— А откуда вы это знаете? Он что, сознался в убийстве?

— В том-то и дело, что сознался.

— Так… Странно! Или, вернее, совсем не странно… В таком случае я почти догадываюсь, как его зовут, Петров или Иванов? Угадал?

— Вы ясновидящий, профессор. Его зовут Иванов. Как вы догадались?

— Очень просто. Никакого ясновидения, только капелька логики. Для нас все русские Ивановы или Петровы. И если надо, чтобы убийца Спитуэлла был русским, то для удобства публики его снабжают не только русским пистолетом, но и стопроцентной русской фамилией… Но вы, инспектор, очевидно, пришли не за этим. Выкладывайте!

— Что вы думаете о деле Ротбахов, профессор?

— Я не верю в вину Ротбахов, — заявил профессор. — Во-первых, потому, что я лично знал их, — предельно честные люди. Никакие они не коммунисты, наоборот, вполне лояльные граждане. Даже к «Движению за запрет атомного оружия» примкнули только потому, что хотели блага для своей страны…

Профессор говорил долго.

— Ну вот. Теперь вы знаете правду. Хотите — верьте, хотите — нет. Но как бы то ни было, думаю, что сигару я вполне заслужил.

Сунув руку в карман, Мун вытащил портсигар и вместе с ним несколько смятых листков бумаги. Что это? Ах да, бумага, изрисованная в квартире Троллопа. Раскуривая сигару, Холмен заглянул через его плечо.

— Очень интересно! Это же марабут! Где вы взяли сюжет для рисунка, инспектор?

— Срисовал с фотографии Троллопа. А что это за марабут?

— Вот это сооружение, над которым возвышается шест с конским хвостом.

— Это что, у индейцев?

— Сами вы индеец, дорогой Мун! Это мусульманское захоронение. А шест показывает, что покойник находится в родстве с пророком. Хотите, я покажу вам небольшой трюк? Вы можете сказать, где сделан этот снимок?

Мун посмотрел на песок пустыни, на заходящее солнце, на сооружение с куполом, на белый костюм, на рекламные часы «Стандарт ойл», которые показывали число, час и минуту, и покачал головой.

— А я могу!.. Карл!

И вот пес доставил хозяину астрономический календарь. Затем профессор извлек огромный атлас, что было уж не под силу Карлу, и отыскал необходимую ему карту.

— Что ж, все ясно. Можете справиться у человека на этой фотографии — и убедитесь, что я был прав.

— И вы в самом деле узнали? Но как?

— Три отправных точки. Шест с конским хвостом помещается в головах покойного, а мусульман погребают головой в сторону Мекки. Солнце всегда и везде восходит с востока. На рисунке оно находится с другой стороны, судя по тени. День и час мне известен. Астрономический календарь показывает мне, на какой широте и долготе может находиться солнце в таком положении. Все! Как видите, проще простого! Мой Карл умеет кое-что и почище этого.

— А что же все-таки за место? Где-нибудь в Азии?

— Ну что вы — Египет!..

23

— Что ж, ясно: человек, куривший «Симон Арцт», был… — начал Дейли.