Брошенный топор просвистел буквально в миллиметре от меня, сбивая выстрел, а в следующее мгновение витязь уже был рядом. Ствол с бряцанием отлетел в сторону, а мне пришлось браться за меч. Как ни крути, а голыми руками от топора не отмахаться.

Рубящий выпад я пропустил над головой и снова атаковал ноги противника. Но даже в режиме ускорения удар меча всё равно медленнее, чем полёт пули, и Ваня успел его парировать. Хитрым кистевым вывертом он подцепил клинок на изгиб топора и резко дёрнул на себя. Рукоять едва не покинула ладонь, а я вынужден был перенести вес тела на переднюю ногу.

Витязь шагнул навстречу и слегка отклонился в сторону, продолжая тянуть меня на себя, а потом вдруг сменил траекторию давления на противоположную. Это произошло столь неожиданно, что я не смог удержаться на ногах и полетел на пол. Благо подобные падения тоже отработаны до уровня рефлексов, и вместо того, чтобы врезаться затылком в твёрдую поверхность, я снова ушёл в кувырок. А по завершении кульбита едва успел выставить меч над головой, чтобы блокировать удар топором по черепу.

Ваня бил изо всех сил, и я это почувствовал, когда наше оружие встретилось. У меня аж кости заныли от перешедшей в руку инерции. Наверняка теперь на лезвии знатная зарубка останется. Но главное, что удар меч всё-таки выдержал, не сломался.

От прямого пинка в лицо я увернулся. А так как уже находился в нижней позиции, то не стал тратить даром внезапно образовавшееся преимущество и поднырнул под задранную ногу. Вот такое падение проконтролировать уже не получится.

Витязь грохнулся на спину, а его лёгкие моментально покинул воздух. Иван попытался взять меня на приём под названием «пистолет». Это когда поверженный перекидывает через себя противника, занявшего позицию сверху. Красивый в исполнении, но слабоэффективный, когда имеешь дело с опытным бойцом. Достаточно просто повернуть корпус, и все телодвижения становятся бессмысленными.

Кто же знал, что витязь именно на это и рассчитывал?

Как только я начал заваливаться в сторону, бок пронзила острая боль. У меня даже в глазах потемнело, а внутренности скрутило, будто в животе включили режим отжима. Но сработали скрытые резервы, и онемела почти вся левая сторона. Повторный замах я успел остановить и даже каким-то образом умудрился выбить нож из руки витязя.

Драка перестала походить на нечто красивое и техничное, в положении лёжа она больше смахивала на возню. Но именно в такой борьбе сложнее всего продержаться. Я всё ещё оставался сверху, однако Иван грамотно вязал мне руки, не оставляя даже малейшей возможности нанести удар. А едва я давал слабину, он тут же пытался атаковать меня в раненый бок.

Очередная попытка нанести короткий боковой не увенчалась успехом. Витязь ухватил меня за затылок и плотно прижался, мешая размаху. А тот тычок, что ему в итоге достался, даже синяка не оставит. Но в этот момент в схватку вмешался амулет, который случайно выскользнул из-под майки.

Я всё время ломал голову над тем, что же такое мне вручил Всеволод. Но истинное предназначение этой штуки не смог бы разгадать ни за что в жизни. Потому как это нужно было знать.

Оказавшись на свободе, он на мгновение вспыхнул ослепительным светом. Будто на моей шее действительно висела частичка реального солнца. Я почувствовал, как слетел с противника и грохнулся на пол рядом, но дальнейшей атаки не последовало. Видимо, Ваня тоже ослеп.

Пару секунд я не видел ничего, кроме белой пелены с чёрным кругом посередине. Словно на сварку посмотрел, хотя это недалеко от истины. Вскоре зрение начало восстанавливаться, хотя понятнее мне всё равно не стало.

Весь тоннель залило странным голубовато-розовым свечением. Будто сквозь толщу земли к нам пробивалось солнце. Я усиленно моргал в попытке избавиться от чёрного пятна, которое мешало как следует рассмотреть происходящее. И наконец понял, откуда исходит свет. От символов, что прятались под стеклянной отделкой.