Присутствовала в ней и некая энергия. Я чувствовал её, но опознать не мог, потому как принадлежала она тьме. Да и фонила не сильно, а так, будто лёгкое дуновение ветра, едва уловимый сквозняк, который можно почувствовать, лишь поднеся руку к месту из которого тянет.

Здесь этот принцип не сработал, зато возбудил любопытство. Я попытался снять верхнюю голову, чтобы заглянуть внутрь. Однако она и не подумала сдвинуться с места. Первой мыслью было «Примёрзла», и на таком морозе это совсем не удивительно. Вот только даже хороший пинок не смог сбить голову с навершия пирамиды.

Почесав макушку, я решил вернуться к данному занятию чуть позже, после того, как проверю подъезд и сгоняю за своими вещами. Перед натиском заговорённого меча эта штука вряд ли устоит. Но странности и не думали заканчиваться. Стоило шагнуть на ступень, чтобы подняться выше и продолжить обыск, меня повело. Голова закружилась, в глазах потемнело, а колени затряслись от внезапно нахлынувшей слабости. Я едва успел схватиться за перила, а другой рукой опереться о стену, чтобы не рухнуть рожей в бетонную лестницу.

Некоторое время я собирался с силами, однако после второго шага зашатался ещё сильнее. Тьма сделалась гуще, и даже ночному зрению не удалось её пробить. Будто я в другое измерение попал… Стоп! А что, если?..

Я обернулся на пирамиду и шумно выдохнул. Удерживая равновесие при помощи рук, медленно опустился на лестницу и уселся на третью ступень. Так я хотя бы не рухну от нахлынувшей слабости и смогу получше рассмотреть странную конструкцию в совершенно ином спектре.

А поглазеть здесь было на что.

Пирамида источала тьму. Эта субстанция исходила из глаз и распространялась выше по подъезду. Внешне потоки походили на кровеносную или корневую систему, которая проникала в стены и потолок, пропитывая их энергией. А при взгляде наверх тьма становилась совершенно непроглядной и казалась густой, как кисель. Она полностью блокировала любое проявление света, а возможно, высасывала его, поглощала, становясь от этого ещё плотнее. Что, собственно, и объясняло мою слабость.

У меня вдруг возникла совершенно безумная идея. Я осторожно, чтобы не загреметь на пол, спустился пониже. Подняться решился, лишь когда ноги коснулись площадки, а тьма отступила. Однако слабость ещё некоторое время преследовала меня. Более-менее нормально я почувствовал себя, когда окончательно выбрался из подъезда на улицу. Окончательно отошёл только возле магазина.

Зайдя внутрь, я подхватил свои вещи, которые благодаря моей предусмотрительности на сей раз остались нетронуты. Нацепил разгрузку, повесил на грудь автомат, а рюкзак на спину, надел пояс с мечами и наконец перестал ощущать себя голым. Как ни крути, а к весу оружия я привык настолько, что в его отсутствие испытывал сильный дискомфорт. Лыжи тоже оставлять не стал. Это сейчас я хожу по пробитой медвежьей тушей борозде, но стоит свернуть — и меня ждут сугробы по пояс.

Крепления послушно щёлкнули, фиксируя ботинки, и я классическим стилем двинулся обратно к подъезду. Уже приближаясь, наконец понял, почему меня так сюда тянуло, когда я находился в образе медведя. Его привлекала энергия тьмы, исходящая от этого места. Каждый раз, приходя в себя на лестничной площадке, я думал, что слабость — это следствие лунатизма. Ну, или как оказалось, обращения в зверя. Но на самом деле на меня влияла сторонняя энергетика.

Дверь тихонько скрипнула, пропуская меня внутрь. Лыжи я поставил к стене, в тамбуре, пристроив рядом и палки. Затем вытянул клинок и поднялся на третий этаж, к жуткой пирамиде. Перехватив меч двумя руками, примерился и рубанул по верхней голове сверху вниз. Раздался глухой стук, инерция удара передалась в руки, но с пирамидой ничего не произошло. Она как стояла невредимой, так и осталась в том же положении.