|
Уж не знаю, кто виноват, море ли, горы, а может, всё вместе, включая рощи из непривычных моему взгляду кипарисов, и особую ауру, разливающуюся над лучшим пионерским лагерем на Земле. С другой стороны, мне по большому счёту было плевать. Я просто наслаждался всем этим, шустро перебирая ногами по утоптанной сотнями пионеров тропинке.
Для меня утро привычно началось за час до общей побудки. Я тихо выскользнул из кровати, чтобы не потревожить смотрящих седьмой сон пацанов, натянул шорты, футболку, кеды на ноги и выскочил на улицу. Солнце уже вовсю палило, даже утренней прохлады не чувствовалось, хотя с моря ветерок доносил приятную свежесть. Идеальная погода для пробежки. Я не изменял данному себе слову бегать по утрам, не собирался отказываться от этого и сейчас. Тем более что я был не один такой. Спортсмены и энергеты тянулись на зарядку, и я рванул по тропе, ведущей прочь от лагеря.
Бежать было немного непривычно из-за гор и обилия подъёмов и спусков, но так даже интереснее. Скорость я поддерживал приличную, как и многие встречавшиеся мне на пути Разрядники. По-другому просто не получалось дать необходимую нагрузку организму. Так что все, кто выше Юниора, бегали не на длину дистанции, а на время и в идеале без использования энергии. Но чем выше ранг, тем сильнее слияние энергетической оболочки с физической, так что начиная с Мастера пробежки и вовсе теряли свой первоначальный смысл, но от них мало кто отказывался, потому что это дисциплинировало и заряжало энергией на весь день, как бы смешно оно ни звучало.
Единственное, что мне не нравилось, так это то, что я был не знаком с маршрутом и бежал куда глаза глядят, ориентируясь исключительно на чутьё. Тропинок в комплексе «Артека» было огромное множество, ведь он раскинулся на весьма обширной территории. Кроме лагерей или, как их ещё называли, дружин, имелось достаточное количество общих строений, та же Артек-арена, громадный крытый стадион, где можно было принимать чемпионаты мира, но его целиком и полностью отдали детям.
Так же имелась школа, в которой учились те, кто приезжал во время учебного года. Музеи, галереи, хозяйственные корпуса и ещё куча всего, что я даже знать не знал. Да меня и не интересовало, что это такое, просто я, уже несколько раз свернув, на очередной тропке упирался в какой-нибудь корпус, где она заканчивалась. Приходилось разворачиваться и бежать в другую сторону, но постепенно общая картина складывалась в моей голове, хоть до финала было ещё очень далеко. Но глупо надеяться узнать всё с первого раза, так что я не переживал, если сворачивал не туда. У меня впереди вся смена, ещё успею изучить все ходы и выходы.
Очередная тропинка, по которой я бежал, вела в гору, собственно, поэтому я её и выбрал. серпантин дорожки струился по скале, но я решил не заморачиваться, взлетев наверх прямо по камням. За спиной пару раз матюгнулись такие же любители утренней пробежки, но более спокойные и не пытающиеся с налёта взобраться на скалу, но я на это не обратил внимания. Ничего, бывает. Главное, что пока они огибали каждый поворот, я уже был на вершине, оказавшись в довольно занимательном месте. Настолько, что даже притормозил, чтобы рассмотреть его получше.
С виду это была очередная кипарисовая рощица. Хотя как по мне два-три десятка деревьев это никакая не роща, а так, баловство одно. Но самое интересное, что они росли по кругу, оставляя в середине небольшую полянку. То ли специально так сажали, то ли само получилось, не знаю, не чувствовалась здесь рука человека, скорее уж каприз природы. Да и окружающий мир стал ощущаться как-то иначе. Словно я из уже несколько тысяч лет обжитого Крыма попал в самое сердце тайги, где людей отродясь не бывало. Даже шум стих, сменившись тишиной и пением птиц. Может, поэтому я не сразу заметил, что нахожусь здесь не один, а на полянке сидит пожилой мужчина. Назвать его стариком, несмотря на седые волосы и белую, ухоженную бороду, язык не поворачивался. А ещё он очень странно ощущался в энергетическом плане. |