Танкисты переглянулись, ожидая, что скажет лейтенант. За сегодняшний день они научились доверять своему новому командиру больше, чем себе. Такого боя, как сегодня, они еще не видели. Соколов вдруг улыбнулся и перевел взгляд с карты на командиров танков.

– А ну-ка, скажите мне, кому из вас доводилось снимать противотанковые мины и ставить их?

– Я ставил и снимал, – первым ответил тот самый сержант, что заговорил о минном поле. – А что там уметь? Обычный ящик со взрывчаткой, запал нажимного действия, рассчитанный на давление в несколько тонн.

Оказалось, что четыре командира из оставшихся пяти умели обращаться с противотанковыми минами. Оставив при себе один танк, Соколов приказал остальным двигаться к минному полю, снять мины и быстро заминировать дорогу и обочины.

– А еще, если мин будет в необходимом количестве и хватит времени, – Алексей показал на карте на неглубокий овражек, – минируйте направление к оврагу. Самим расположиться в овраге и ждать колонну. Учтите, это последний рубеж, дальше нам врага пускать нельзя. Надо на этом участке нанести им такой урон, чтобы они не представляли опасности для штаба дивизии.

Назначив старшим сержанта, предложившего эту идею, Соколов подозвал к карте командира оставшегося с ним танка.

– У нас с тобой очень важная задача. – Алексей постучал по карте карандашом. – Мы должны вот здесь, в десяти километрах отсюда, на развилке попробовать свернуть немецкую колонну в сторону. Или заставить погнаться за нами. Их поведение нам многое объяснит, их истинные или временные цели. А заодно мы задержим фашистов там и дадим возможность нашим товарищам заминировать дорогу.

– Тем более что мин на поле может уже не оказаться, – ответил танкист.

– И такой вариант возможен, – согласился лейтенант. – Очень даже возможен. Поэтому мы попытаемся с тобой задержать немцев как можно дольше на развилке. Если мин будет мало, тогда следующая атака четырех танков со стороны оврага. Это еще задержка и еще нанесенный врагу урон. Ну, а дальше… дальше будем думать, что делать, в зависимости от того, как сработают два предыдущих плана.

Теперь Соколов мог полноценно участвовать в бою и стрелять из пушки. Он уже прилично выиграл времени и выбил такое количество вражеских танков, на которое и не рассчитывал. И все же этого мало, немцы рвутся к цели, и вечер далеко. Только к вечеру смогут успеть подойти противотанковые средства. А пока придется обходиться тем, что есть.

Два легких «БТ» летели по дороге, догоняя немецкую колонну танков. Сидя в люке башни, Соколов смотрел вперед в бинокль, пытаясь увидеть врага. Через несколько минут впереди замаячила корма замыкающего колонну танка, и тут же его скрыл лес. Отдавать приказы и делать знаки необходимости не было. Соколов сразу объяснил командиру второго танка, как они будут действовать. И теперь оставалось надеяться на его исполнительность и боевой опыт. Лес, который простирался справа, только казался большим. Если его обогнуть, то можно выехать к той же самой дороге, но на три километра дальше. И Соколову очень хотелось настичь немцев в ближайшие минуты.

Снова поворот, и теперь открылся прямой участок дороги. Если кто-то из немецких танкистов и заметил сзади русские танки, то команду атаковать их передали все равно с опозданием. Два советских «БТ» остановились почти одновременно. «Выстрел, выстрел!» И два бронебойных снаряда угодили в мотор заднего «Т-IV». Танк встал и начал дымить.