— Они не прибудут дотемна, — произнёс Фортисс. — Что скажем Верховному Владыке?

Трое остальных не ответили, но сбросились с парапета и широко распустили крылья. Воздух завихрился и засверкал вокруг них. Фортисс нырнул следом в прохладу безбрежного воздушного океана. Вся четвёрка красиво исполнила вираж под огромной фиолетовой платформой, вынырнула с краю и штопором пошла наверх. Они понеслись, рассекая воздух, издающий пение.

Старшие Синкреты были страшными существами. У них не было ни капли милосердия. Если они и могли кого помиловать, то лишь потому, что им также неведомо и чувство кровожадности. Они не питались пищей, их кормила сама планета. Остальные же синкреты — второй ступени — должны есть, чтобы не умереть.

Сегодня все четверо ждали прибытия океанских парусных судов с грузом для дворца. В этом месяце дань платят сибианы. Они должны привезти для Владыки морские дары, фрукты со своих плавающих островов и мерцающих урзоев — шестилапых зверьков, издающих тонкий аромат цветов. Владыка каждой расе назначил дань, и это — закон.

Сибианы — мореплаватели. Они перемещаются и живут на флотилии парусных суден, которые сцеплены по сто-сто пятьдесят штук. Меж плоскодонными судами переброшены гибкие мостики.

Синкреты летели, рассекая воздух. С высоты своего полёта они увидели флотилию. Она только-только выходила из медленно плывущей ночи. Для сибианов это был рассвет. Синкреты стремительно спикировали на головное судно. Их прибытие всегда походило на нападение, поэтому все попадали ниц. Синкреты кругами заходили на посадку, демонстрируя всем сибианам свои свирепые лица. Наконец, стуча когтями и копытами, они с превеликим треском опустились на палубу.

— Почему задержка? — прорычал конь-дракон Муаренс. Он так и не опустил своих зелёных крыльев и выглядел очень устрашающе.

Стиассар и Ахаллор тоже не опустили крыльев и слегка покачивались над палубой, касаясь её одной конечностью. А Фортисс парил меж ними выше. Гравитация была у них в прислугах. Синкреты поводили своими кошмарными головами, переводя взгляд с одного человека на другого.

Вперёд вышел шелкар — капитан торговой флотилии. Не поднимая глаз на Синкретов, он угрюмо проговорил:

— Урзои выцвели и пахнут водорослями. Владыка не даёт нам волшебных зёрен. Мы собрали всех взрослых зверьков, но этого не хватает до квоты.

Капитан сибианов был высоким и статным мужчиной. Его длинные, до пояса, белые волосы перехватывались по вискам двумя пряжками. Мореплаватели обычно одевались в плотные тёмно-красные туники из кожи традаура, одноглазой рыбы, обитающей в песках поющей пустыни Импарр.

— Ты знаешь закон, шелкар. — проскрежетал в ответ Муаренс, оправдания его нисколько не тревожили. — Опоздание и неполная квота наказуемы.

Синкрет был доволен. Ситуация была создана искусственно. Волшебных зёрен москии сибианам взять негде, кроме как у самого Владыки и у аллерсов. Но, Муаренс намеренно занизил норму выдачи корма для урзоев. Тем самым он сталкивал аллерсов с сибианами, вынуждая последних совершать набеги на поля крылатых сиреневых людей. А те, в свою очередь, ревниво охраняли драгоценные посевы, ибо от уплаты квоты зависела их жизнь.

Капитан в отчаянии посмотрел вокруг себя. Он знал закон. За недостачу урзоев погибнет кто-то из его людей. За опоздание он сам поплатится. За негодное качество зверьков Рушер назначит ещё какое-нибудь бедствие. То, что для их нормального развития Владыка не дал зёрен, во внимание не принимается.

Синкреты решили, что разговор окончен и забили крыльями, издавая протяжные звуки. Они поднялись над головным судном, создавая мерцающий ветер.

Муаренс спустился к самой воде и вызвал водных синкретов. Десятка полтора чудовищ высунули головы из волн и радостно заголосили.