— Кто он? — не переводя дыхания, удивленно выдавила из себя девушка.

— Он, — Диана улыбнулась счастливой улыбкой, — замечательный человек, большой умница и… достойный партнер.

— По бизнесу? — все-таки не веря в женское счастье такой дамы, уточнила Сашенька.

Диана ничего не ответила.

35

«Боинг-749» мягко приземлился в нью-йоркском аэропорту Дж. Кеннеди. Из динамиков послышался голос старшей бортпроводницы:

— Просьба оставаться на своих местах до полной остановки двигателей.

Пассажиры как по команде, наоборот, дружно повскакивали с мест. После многочасового перелета всем не терпелось выйти из переполненного до отказа самолета и почувствовать под собой землю.

— Подождите, пожалуйста, еще минуту, — терпеливо попросила стюардесса, приглашая на выход пожилого инвалида в коляске, сопровождаемого глухонемым юношей.

Старик благодарно кивнул седой головой, пустив на прощанье слезу:

— Спасибо, дочка, доброго тебе здоровья!

— И вам того же, — пожелал инвалиду напарник стюардессы, помогая глухонемому плечистому парню вытолкать коляску из открывшегося люка в «рукав».

— Да уж, да уж, — скрипучим голосом прокряхтел старик, поднимая недобрые выпуклые глаза, — на заморских хирургов надеюсь, обещали вылечить. Деньги всем миром на дорогу собирали.

— Обязательно вылечат, — крикнула вдогонку стюардесса, и коляска заскользила по гладкому ковровому покрытию, словно по льду.

— Хай, — бодро поприветствовал служащий американского аэропорта первых пассажиров из России и, дежурно улыбнувшись, словно регулировщик, рукой показал направление, в котором находится паспортный контроль.

— Пошел ты, без тебя знаю, — прошипел старик в седую бороду и сердито накинулся на сопровождавшего его юношу: — Чего уставился? Еще насмотришься! Поехали, пока очередь не собралась.

Когда необычная пара откатила, лицо служащего преобразилось. Он озабоченно отдал несколько распоряжений по переговорному устройству. Затем достал из кармана потрепанный блокнот и быстрым шагом пустился вдогонку.

— Извините, вы что-то потеряли, — поравнявшись с пассажирами, произнес он по-английски, протягивая якобы оброненную ими вещь.

Глухонемой продолжал двигаться дальше, несмотря на обращение к ним служащего.

Старик подал ему знак остановиться.

— Ну что еще? — недовольно пробурчал он.

— Мистер, вы потеряли вот это. — Служащий протянул старику блокнот.

Тот вопросительно посмотрел на глухонемого:

— Твой?

Юноша обрадованно закивал и, взяв потерю, хотел положить в карман.

— Постой! — Старик подозрительно зыркнул рыбьими глазами сначала на служащего, потом на юношу. Мгновенно приняв решение, он вырвал находку из рук парня.

Из блокнота, планируя, будто бумажный самолетик, вылетел клочок картона.

Юноша нагнулся и поднял его.

— Дай сюда, — не успокаивался старик.

Юноша повиновался.

Клочок картона оказался потрепанной фотографией с оторванным углом.

Настороженно всматриваясь в потертое изображение, старик криво усмехнулся. На снимке он увидел себя в обнимку с девушкой, пассией его давних-давних лет. Она и была матерью глухонемого парня. Помнится, вопреки правилам, он разрешил тогда уличному фотографу запечатлеть себя на память с рыженькой толстушкой-хохотушкой.

Юноша бережно вернул фотографию на место в записную книжку, старательно приложив к ней неизвестно откуда взявшийся оторванный уголок.