— Почему же в месяц? — бритоголовый смущенно прятал глаза. — В неделю. А?

Голт.

Голт и еще раз голт.

Это все, что смогла бы в тот момент сказать Стась. Если бы попыталась. Четыре с половиной. В неделю. Это, пардоньте, сколько же в год выходит? Мозги почему-то работали слабо и сосчитать не удавалось никак.

— Ладно, — сказала она наконец, надеясь изо всех сил, что лицо удалось сохранить по-прежнему каменным. — Пожалуй, что и подпишу. На год. А там — посмотрим.

* * *

Борт «Малышки». Аликс.

Не слишком приятно проснуться под свист утекающего наружу воздуха, кто спорит. Только вот продолжать спать под него не сможет никто из заядлых путешественников, чьим домом давно уже сделалась пустота. Именно поэтому Аликс давно уже избрала этот весьма неприятный звук в качестве основного и чаще всего используемого будильника. Ну и чтобы держать себя в тонусе — никогда ведь не знаешь, какая именно из тревог окажется вовсе не ложной.

Потребовались долгие полсекунды, чтобы прогнать в слегка подтормаживающей после слишком резкого включения памяти вчерашний вечер и осознать простую истину — будильник она не ставила. И Чипа тоже не просила. И мелкая подшутить не могла.

Значит — вот оно. То самое. Не ложное. А она уже потеряла полсекунды, пока пыталась вспомнить, для чего могла поставить будильник, и продолжает терять…

Кресла в боевой режим из режима спящего Аликс привела раньше, чем успела додумать. Оба — буквально одним движением, специально для такого случая запаралелила консоли, чтобы время не тратить. Хоть и казался случай гипотетическим, но у береженного карма чище и корма целее. Вот и пригодилось.

— Что слу…

Впечатавшаяся мелкой в лицо и прилипшая к нему намертво маска оборвала вопрос на полуслове, та даже пискнуть не успела. Сама Аликс маску натянула первым же движением, еще не проснувшись толком, как раз в те самые, потерянные. Перебдевший может выглядеть смешным хоть сто раз кряду. А на сто первый посмеется сам, ибо живым останется. Свист прекратился. Значит, пробой был минимальным, умная обшивка сама заклеила. Так, а где…

Но сразу обнаружить место пробоя не удалось — мелкая вполне различимо ойкнула, а потом протянула:

— Птеня… как ты меня?..

Растерянно так протянуло, но вполне разборчиво, а это значило, что маски у нее на лице больше нет. Под маской не поразговариваешь. Аликс развернулась к малолетней идиотке всем корпусом, собираясь выдать ей по первое число все, что полагается. И замерла — они с мелкой больше не одни были в крохотном замкнутом помещении. Таком маленьком. Таком тесном. Таком… незащищенном.

В воздухе между Аликс и мелкой зависла смертельно опасная тварь.

Тварь Аликс опознала мгновенно — боевой трансформант, причем в активной фазе. У обычного среднестатистического хомо против такого шансов ноль, прятаться бесполезно, даже если бы и было где — они работают не хуже бортовых деструкторов армейского образца, разве что зона захвата поменьше, но основа та же. И результаты. Одна радость — трансформанты беспричинно агрессивны бывают лишь во время брачных игр и в стае, а этот — один и молоденький совсем, вон даже крылья еще гибкие. Птенчик.

Только вот завис этот птенчик точно напротив лица Жанки. Обузы. Малолетней идиотки, которая еще вчера показалась не более чем удачно подвернувшейся возможностью разжиться парой-другой лишних сотен. И в характерной такой позе завис, зараза, и поздно уже пытаться выяснить, где же эта слишком активная малолетка умудрилась так сильно насолить его хозяину, что несчастный геннозапрограммированный птенчик счел задачу догнать и отомстить более приоритетной, чем даже…

— Жанка, на пол!

— Птеня, зараза… Ай!

Два непроизвольных дилонга слились в один, заныли зубы и в висках заломило, и, возможно, на скорости реакции отразилось именно это, а не понимание бессмысленности любой реакции в подобных обстоятельствах — но, уже вскидывая лучевик, Аликс знала, что опаздывает.