— И, с вашей точки зрения, нет никаких признаков, указывающих на сексуальное возбуждение мистера Ренсома?

— Протестую, — снова заявил Пэйджит. — Эти вопросы уже задавались, и на них получен ответ. Только сейчас им придается иное значение.

— Верно, мистер Пэйджит, — согласилась судья. — Но я бы позволила мисс Шарп подвести итог медицинских исследований.

— Нет, — ответила эксперт, обращаясь к Шарп. — Не было никаких следов сексуального возбуждения.

Та сделала паузу.

— И ногти мистера Ренсома — произнесла она, — не позволяют сделать предположение, что это именно он расцарапал мисс Карелли.

— Верно.

— Поскольку только под ногтями мисс Карелли были найдены частицы ножи.

— Правильно.

— И под ногтями мисс Карелли, а не мистера Ренсома, вы нашли частички нейлонового волокна.

— Да.

— Такого же состава, как и колготки мисс Карелли.

— Да.

Шарп выпрямилась.

— Основываясь на данных медицинских исследований, как бы вы оценили историю мисс Карелли?

Элизабет Шелтон внимательно посмотрела на нее.

— Я могу сказать, что некоторые факты в истории мисс Карелли, в частности дальность выстрела, противоречат данным медицинской экспертизы. Другие, например удар, не нашли подтверждения.

— В таком случае позвольте мне дать альтернативную версию, основанную на результатах медэкспертизы. — Шарп помолчала и закончила, возвышая голос в ритмичной каденции: — Возможно такое: Карелли, убив мистера Ренсома, не звонила по 911 минут сорок, а за это время стянула с него брюки, расцарапала ему ягодицы, расцарапала себе бедро и шею, разорвала колготки — и все это, чтобы инсценировать защиту от изнасилования.

— Протестую! — Пэйджит встал и вышел вперед под возбужденный гул публики. — Повторяются все те же фантазии, о которых я упоминал в связи со вступительным словом мисс Карелли. Это гипотетично, спекулятивно, факты извращены и подаются избирательно — либо столь же избирательно игнорируются… Иными словами, все это вздор.

На лице судьи Мастерс появилась тонкая улыбка.

— А мне кажется, вам это просто не нравится. Формально вы в чем-то правы, мистер Пэйджит. Но предубеждения мы не можем исключить, и ответы доктора Шелтон я признала бы соответствующими процессуальным нормам. — Она сделала паузу. — Считаю, что это слушание было ценным.

Обернувшись, Пэйджит увидел лицо Марии, помертвевшее и бледное. Терри не поднимала глаз, Карло выглядел обиженным и беспомощным. В молчании зала Пэйджит вернулся за адвокатский стол с желанием подольше не покидать его.

Он сел и постарался придать своему лицу выражение вынужденного смирения.

— По моему мнению, — обратилась Шелтон к судье, — медицинская экспертиза говорит в пользу гипотезы мисс Шарп, а не версии мисс Карелли.

Шарп не могла скрыть своего удовлетворения:

— Вот и все, что я хотела узнать, Ваша Честь. По крайней мере, от этого свидетеля.

— Очень хорошо. — Мастерс взглянула на Пэйджита. — У защиты есть вопросы к свидетелю?

— Да, Ваша Честь. Конечно, есть.

Судья взглянула на часы:

— Сделаем перерыв на обед. До половины второго.

Она решительно встала и покинула судейское место. Зал взорвался. Пэйджит сидел, погруженный в раздумья.

Обернувшись, увидел, что Карло подошел к Марии, встал рядом с ней, пытаясь улыбнуться, а она пыталась улыбнуться ему в ответ. Они были так похожи друг на друга, что Пэйджиту было больно глядеть на них.