Терри посмотрела ему в глаза:

— Это тоже наша подготовка, Крис. Хотя, конечно, самое главное — готовиться непосредственно к процессу.

— Мне повезло. Вы не только без видимой скуки слушаете о моих проблемах, но и находите великолепные тактические ходы для ведения допроса. — Пэйджит улыбнулся. — Не исключено, что вы нанесли смертельный удар индустрии колготок.

Он увидел ее ответную улыбку. На мгновение уныние, казалось, оставило его, но тут же вернулись мысли о кассете, о Карло.

Терри посмотрела на часы:

— Как раз сейчас, наверное, Мелисса Раппапорт приехала в гостиницу. Я все думаю: неужели Кэролайн захочет заслушать ее на открытом заседании?

— Скорее всего, нет. — Пэйджит допил свой бокал. — Я лишь надеюсь, что судья будет вспоминать ее каждый раз, как вспомнит голос Марии на кассете.

Часть пятая

ЗАЩИТА

12 февраля — 17 февраля

1

— Он сказал, чтобы я раздевалась перед ними, — пробормотала Лаура.

Ее прокуренный голос звучал жалобно, скорее смущенно, чем возмущенно. Кэролайн Мастерс подняла взгляд от кассеты и взглянула на Терри.

— Что это? — тихо спросила она.

Терри молчала, не в силах оторваться от картины, представшей перед ее мысленным взором: Лаура Чейз, лежащая на белой кушетке в белой комнате, за ней Стайнгардт — его не видно, только голос.

— Послушайте, пожалуйста, Ваша Честь. Думаю, мы сможем доказать, что это имеет отношение к делу.

— И вы разделись? — Это снова Стайнгардт.

— Постепенно. — Долгая пауза. — Джейми говорил мне, что снимать и как двигаться.

— Как двигаться?

— Да. Они смотрели, а я танцевала для них.

— Танцевали?

— Джейми говорил мне, что делать. — Было впечатление, что Лаура не отвечает на вопросы, а говорит сама себе или тому, что от нее осталось. У нее был безжизненный голос. — Когда повернуться, какую часть тела обнажить.

Судья Мастерс посмотрела на Терри:

— Джеймс Кольт?

— Да.

Она медленно покачала головой.

— О чем вы думали, — допытывался Стайнгардт, — когда проделывали все это для него?

— Что я хочу еще выпить. Мы были в комнате отдыха, в доме его друга. Там был бар. У них было все, что нужно.

— И вы продолжали пить.

— Да, джин. И каждый раз снимала с себя что-то еще. Это помогало мне держаться. — Она сухо продолжала: — Когда я сняла трусики и повернулась, чтобы они могли меня рассмотреть, я представила себе, что иду купаться. С ней.

Взгляд судьи Мастерс, казалось, был обращен внутрь ее сознания, как будто в мыслях она была где-то далеко. У Терри взмокли ладони.

— Потом, — прошептала Лаура, — я должна была трогать самое себя.

Пэйджит смотрел в пол. Марни Шарп сидела, скрестив руки на груди. Никто не говорил ни слова.

— Трогать себя? — спросил Стайнгардт Лауру Чейз.

— Вначале соски. Потом делать руками так, как будто я обнаруживаю у себя новые части тела. — Снова пауза. — Спустя некоторое время он сказал, чтобы я села на пол, прислонившись спиной к бару.

— Для чего?

— Я мастурбировала. А они смотрели.

Катушка некоторое время вращалась беззвучно.

— Когда я делала это, — пробормотала Лаура, — я закрыла глаза.