— А вы можете объяснить, какое это имеет отношение к делу?

— Да. Ренсом сказал мисс Колдуэлл, что у него есть другая кассета, в которой подробнее говорится об ее отношениях с Лаурой Чейз. Под этим предлогом он и договаривался о «встрече». — Терри помолчала. — Она была намечена на другой день после того, как он увидится с мисс Карелли.

На лице Шарп впервые отразилось неподдельное изумление. Терри видела, что она пытается оценить значение только что услышанного. Боковым зрением Терри заметила одобрительную улыбку Кристофера Пэйджита.

— Значит, мисс Колдуэлл согласилась дать показания? — спросила судья Мастерс.

— Да. Если вы сочтете необходимым ее выступление в суде, она согласна. Вместе с тем мы просим вас сделать все возможное, чтобы выступления на закрытом заседании не предавались огласке.

Судья угрюмо кивнула:

— Конечно.

— Я восхищаюсь Линдси Колдуэлл, — вмешалась Шарп. — Но шантаж все же не изнасилование. Если еще учесть, что шантаж только лишь предположение мисс Перальты.

— Попытка шантажа, — уточнила Терри. — Потом попытка изнасилования.

Взгляд судьи Мастерс вновь был устремлен на кассету. Терри непривычно было видеть ее столь подавленной.

— Объясните вашу версию, Тереза. Последовательно.

Терри кивнула, стараясь собраться с мыслями. Это было нетрудно, они все уже обсудили с Пэйджитом; она подумала, что самая лучшая манера поведения в этой ситуации — быть откровенной.

— Если кратко, — начала она, — Ренсом позвонил мисс Карелли, чтобы шантажом заставить ее согласиться на встречу с ним наедине. Кассета Лауры Чейз действовала на него возбуждающе, а кассету мисс Карелли он собирался использовать, чтобы принудить ее к сексу.

Помолчав, Терри заговорила медленней:

— Она отказалась, но Ренсом уже был возбужден кассетой Лауры Чейз и попытался изнасиловать мисс Карелли. Защищаясь, она застрелила его.

Кэролайн Мастерс перевела взгляд с Терри на Пэйджита:

— Как вы пришли к мысли о шантаже с целью принудить к половой связи, не зная ни о существовании кассеты, ни о ее содержании?

— Были кое-какие идеи, — ответил Пэйджит. — Но я предпочел бы не распространяться о них в присутствии мисс Шарп.

— Я думаю, мы имеем право знать, — вмешалась та, — если, конечно, мистер Пэйджит не собирается до бесконечности вести разговоры об этой кассете вокруг да около.

— Что вам положено знать, — возразил Пэйджит, — вы узнаете из показаний Марии Карелли. Как решила судья Мастерс.

Та кивнула:

— Я здесь, мисс Шарп, не для того, чтобы выкручивать руки мистеру Пэйджиту. Мы с вами узнаем все, что она захочет сказать. А потом я решу, можете ли вы использовать кассету мисс Карелли.

— А эта кассета? — спросила Терри.

— Я пока воздержусь от принятия решения, мисс Перальта, как вы и предложили. — Кэролайн Мастерс слегка улыбнулась ей. — Вот вам, между прочим, и роль со словами.

— Спасибо, Ваша Честь.

Улыбка постепенно сошла с лица судьи.

— Что касается ваших свидетельниц, то я согласна с мисс Шарп: Раппапорт и Колдуэлл надо заслушать вначале на закрытом заседании. — Она обернулась к Марни: — Другое дело мисс Линтон. Я хочу, чтобы она давала показания публично.

На лице Шарп было удивление:

— Но, Ваша Честь, я бы хотела заслушать мисс Линтон на закрытом заседании. Нам необходимо выяснить, был ли случай, о котором она будет рассказывать, достаточно схож с тем, что представляется как изнасилование мисс Карелли.