Во дворе, усевшись на бревна, мы обсудили новые перемены в нашей жизни и пришли к единодушному решению, что пока обстоятельства складываются для нас очень даже неплохо. Мы одеты и обуты, при оружии, и местный пахан нам благоволит. А что работёнку подкинул, так ведь никто не говорил, что нас за красивые глаза будут кормить. Самое главное – требовалось убежище и время, чтобы оглядеться, и мы всё это получили. А что дальше? Нужны верные люди, которые нас, когда настанет срок, наверх подкинут. И босяки Старой гавани, если их к себе прислонить, вполне могут ими стать.

Через полчаса появился наш новый учитель и наставник. Тот самый мутный тип, с которым мы общались в таверне два дня назад. Ничего так, в общении дядька лёгкий, и будем надеяться, что он нас действительно чему-то научит, а не будет старыми воровскими байками время забивать.

Лысый был явно чем-то недоволен и, примостившись рядом с нами на бревно, тут же объяснил:

– Не ваше это дело по преступной дорожке гулять, дромы. Не ваше. Я так Кривому Ругу и сказал. Но он говорит, что вы сами так решили. Правда?

– Правда, – подтвердил Курбат.

– Эх! Вам воинами надо быть, а не преступными авторитетами, – прокряхтел вор. – Ну ладно. Раз сами так решили, то так тому и быть. Стану вас учить, и, предупреждаю сразу, будет тяжело. В Старой гавани три сотни подростков и детей, и это не та шпана, что в городе гуляет. Тут любой в сапоге нож таскает и готов его применить, а вы не местные. Законов воровских не знаете, разговора блатного тоже. В общем, без поддержки Кривого Руга вы здесь никто и звать вас никак. Понятно излагаю?

– Понятно, – сказал я. – Только не по теме. Насчёт воинского пути зарекаться не будем. Всякое может быть. Глядишь, приведёт судьба на поле битвы, а пока нам необходимо здесь закрепиться.

Лысый вытащил из-за ворота рубахи вязаную круглую шапочку, натянул на голову, поёжился и начал урок:

– Завтра вы по району пойдёте, осмотритесь, что и как. А потом начинайте босяков подтягивать. Главное, не торопиться и чётко понимать, что вы хотите. А пока начнём с простейших вещей. В Старой гавани, так же как и в любом другом бандитском районе, в любой стране мира, всё делится на касты, они же масти. У нас их четыре: чёрная, серая, пёстрая и голубая. В чёрную масть входят авторитетные воры, козырные фраеры, положении, смотрящие и жулики, и это самые уважаемые люди в преступном сообществе, которые следят за соблюдением воровских законов, разбирают споры и собирают долю в общак. Потом идёт серая масть – все остальные. То есть бродяги, нищие, попрошайки, уличные босяки. Они у вышестоящей масти в подчинении, живут спокойно, где-то грабят при случае, а порой просто подрабатывают на временных работах. Третья масть – пёстрые, козлы и борзые. Этих немного, и в масть входят те, кто завязал с преступным прошлым и стал честным законопослушным гражданином. Таких людей не любят, потому что они с любой властью сотрудничают и своих подельников сдают. Четвёртая масть – голубая, самая презираемая. Там сплошняком педрилки опущенные и замазанные грязью человечки. Кто допустил промах, предал, продал, скурвился или совершил поганый поступок. С такими дел иметь нельзя, запомните строго. Сразу потеря авторитета и уважения. Вопросы есть?

– А Кривой Руг кто? – Мой вопрос ударил в точку, так как Лысый поморщился, видимо, чем-то неприятна для него эта тема.

– Кривой Руг сам по себе фигура, вне мастей. И он под себя законы с традициями приминает. Начинал как вор и разбойник. Сколотил банду и грабил на дорогах, а потом деньги появились, и он решил по своим понятиям жить. С купцами работать стал и с городским начальством дружит.