Я нашла глазами его обладательницу. Ну, хоть эта выглядит нормально, насколько нормальным вообще может быть человек, преподающий правильный образ жизни.

«Правильный образ жизни, — ответила я про себя, — это когда ты не ждешь каждую минуту, что твоя голова лопнет от напряжения. Правильный образ жизни — это когда человек говорит, что у него есть ручной козленок, а ты сразу понимаешь, шутит он или нет. Правильный образ жизни — это когда ты связан со всеми, а не только с тремя знакомыми, двух из которых терпеть не можешь. Правильный образ жизни — это когда тебя не «эспанолят» и не отгоняют от всех парней подряд. Правильный образ жизни — когда тебя не презирает половина школы, при том, что вторая половина просто отказывается замечать».

— Правильный образ жизни, — добавил внутренний голос, — это когда ты не отмахиваешься от серьезных проблем. Таких, как стертый, например.

Я посмотрела на часы. Совесть обычно разыгрывается ко второму завтраку. Если мне удастся что-нибудь проглотить, она на время заткнется, да и я выкину из головы мафию третьеклассниц во главе с Трейси и задумаюсь о чем-нибудь более приятном.

6

Коричневый

— Ну наконец-то! Слава тебе господи! — воскликнула я, когда прозвенел звонок с очередного урока.

Одра засмеялась.

— А на третий день, — подхватила она, — Господь сказал: «Да будет пища!»

Наш контакт запульсировал, цвета перемешались, и нить потолстела прямо на глазах.

Я расхохоталась, одна из одноклассниц презрительно фыркнула — я не обратила внимания ни на нее, ни на ее возмущенную ауру. Уже привыкла, что у звезд все не по-людски: фырканье — это зависть, улыбка — угроза, а дотронуться до парня, это как для собаки пописать на пенек: территорию метят.

Когда мы выходили из класса, у меня заурчало в животе. Громко.

— От голода? — спросила Одра, персиковые волны закачались в такт словам.

Я кивнула и, даже не глядя на отпрянувшие от меня с отвращением фиолетовые ауры, поняла, что звездам-второклассницам такая откровенность не по вкусу.

— Сейчас помру, — призналась я, посматривая на связывающую нас с Одрой нить. — Веди!

Одра послушно повернула за угол и бодрым шагом двинулась по коридору. Когда мы вошли в столовую, я машинально огляделась. Кругом вертелись, кружились, пульсировали разноцветные нити. Стоило мне ступить на порог, как они на секунду замерли — их обладатели дружно повернулись в мою сторону. Пристальные взгляды, любопытные взгляды, укоризненные взгляды.

— «Ну надо же было надеть эти туфли с этой юбкой!», — и все на меня.

Я покраснела.

— Осторожней! Они чуют твой страх! — предостерег внутренний голос.

Через секунду, когда ауры снова задвигались, мне показалась, что я все придумала. Но Одра разуверила меня:

— Ты новенькая, а тут почти все знают друг дружку с первого класса. На тебя бы пялились, даже если б Трейси не издала приказ о бойкоте.

Она опять шутит или это правда?

— Звезды, что, издают приказы? — слабым голосом спросила я.

Если в этой школе требуют выбирать туфли под уровень крутизны, я и приказам не удивлюсь.

— И на редкость бесчеловечные, — без тени улыбки кивнула Одра.

Я усмехнулась. Рядом с Одрой даже пытка ядовитыми аурами выглядела не так уж страшно. Подойдя к стойке, я невольно оглянулась через плечо. Розовые, как жвачка, желтые, как теннисный мяч, фиолетовые, красные, зеленые...

Полным-полно цветов, только стертого, к счастью, не видно. Ладно, попробуем выбрать что-нибудь на завтрак. Я с подозрением поглядела на горячие блюда и скептически сморщила нос.

— Лучше даже не пробовать, — поддержала Одра.