— Не сомневаюсь в этом, — учтиво отвечал Чезарио. Они вышли на свободную площадку и заняли исходную позицию.

— А я не знал, что вы тоже член клуба… — Беккет улыбнулся.

— К сожалению, я слишком редко здесь бываю. Моя работа почти не оставляет времени… — Он опустил маску. — Готовы?

— Да. — Чезарио тоже надел маску, и рапиры скрестились.

— Защищайтесь! — воскликнул Беккет.

Он сделал выпад, и Чезарио, отступив, отбил его. Чезарио сразу понял, что имеет дело с мастером. Ожидая новой атаки, он усмехнулся под маской. Кое-что в этой встрече его забавляло.

Возле них мгновенно собралось множество зрителей, будто все разом ощутили необычное напряжение этого боя. Чезарио парировал выпад за выпадом, медленно отступая под натиском противника. Среди зрителей пронесся шепоток: казалось, князь сдает позиции.

Почувствовав уверенность, Беккет нападал снова и нова. Что ж, не так страшен черт, как его малюют…

Еще удар — и Чезарио поймал его рапиру в замок. Беккет попытался освободиться, но не тут-то было. Беккет что было сил толкнул противника, но тщетно. С таким же успехом можно пытаться опрокинуть стальную стену. Внезапно Беккет понял, что Кординелли с ним попросту играет… И в ту же секунду мощный толчок отбросил его на несколько шагов. Он едва успел отбить последовавший затем простой удар и тут же ответил ложным выпадом. Мгновенно изменил направление клинка, но застать противника врасплох не удалось. Чезарио весело рассмеялся:

— Очень хорошо! — его голос из-под маски звучал покровительственно. — Маэстро Антонелли?

— Да, — отозвался Беккет, с утроенным вниманием следя за князем. — Рим. Пятьдесят первый год.

— Мои комплименты! — проговорил Чезарио и перешел в атаку. — Синьор Антонелли — превосходный учитель!

Теперь Беккет непрерывно оборонялся, атаковать не оставалось времени. Он с трудом нашелся, чтобы пошутить в ответ:

— Похоже, я недостаточно долго у него занимался… — Чезарио снова рассмеялся:

— Шпага — очень строгий учитель, особенно сегодня, когда, как я вам уже говорил, в моде совсем другое оружие…

Вдруг у Беккета перехватило дыхание. Рапира в руке Чезарио, казалось, ожила, тогда как его собственная весила будто целую тонну. Чезарио нападал, не выказывая и тени усталости. Беккет чувствовал, как его лицо под маской заливает пот. Дыхание сбивалось, в горле першило. Ему то и дело казалось, что он вот-вот поразит соперника, но тот неизменно ускользал. Наконец Беккет понял, что еще секунда — и он, задохнувшись, бессильно свалится на пол. Его охватило бешенство. Собрав остаток сил, он бросился в последнюю атаку. Удар, еще удар…

— Туше! — послышалось в толпе болельщиков.

Беккет встал как вкопанный. Острие клинка упиралось ему в сердце. Он так и не понял, как это случилось. Опустив оружие, откинул маску.

— Вы слишком сильны для меня, князь, — проговорил он хрипло, с трудом переводя дыхание.

Тот рапирой отдал салют.

— Мое счастье, что у вас не было довольно времени для практики, — с улыбкой ответил он.

— К тому же вы слишком добры, — с усилием выдавил Беккет.

— Не хотите составить мне компанию и выпить по капле? — предложил Чезарио.

— С удовольствием, — откликнулся Беккет. — Сегодня я могу себе это позволить.

Они сидели в комнате для отдыха перед горящим камином. Вытянув длинные ноги, Чезарио смотрел на Беккета. Тот устроился в кресле напротив.

Чезарио поднял бокал.

— Я думаю, мистер Беккет, вы здесь не за тем, чтобы упражняться в фехтовании.