Шофер свернул на другую улицу.

— Вы достали его, босс? — спросил через плечо.

— Черта с два! — рявкнул Большой Датчанин. Шофер выехал на Третью авеню.

— Куда теперь, босс? — спросил почти весело.

— В Даунтаун, в правление Союза, — не успев договорить, он услышал громкий хлопок и схватился за пистолет в кармане пиджака. Вдруг машина накренилась и застучала по асфальту. Шофер затормозил.

— Колесо село, — сказал он.

— Та-ак, — прокряхтел Большой Датчанин. Выбираясь из машины и оглядывая улицу в поисках такси, он ворчал себе под нос: — Бесполезно!.. Бывают же такие ночи, когда во всем не везет.

Глава 14

— С тобой все в порядке? — спросил Чезарио, вытаскивая дрожащую Илину из фонтана.

Та глядела круглыми от ужаса глазами.

— Чезарио! В тебя кто-то стрелял?!

Он огляделся. Из здания напротив уже выходили люди.

— Молчи! Ни звука! — приказал он, увлекая ее за собой к обочине тротуара, где уже тормозило такси.

— К башне, приятель! — сказал он шоферу, и машина тронулась. Чезарио повернулся к Илине и снова спросил: — С тобой все в порядке?

— Все в порядке, — будто эхо, повторила она и оглядела себя. — Но мое новое платье! Оно испорчено…

— Нашла о чем жалеть, — он усмехнулся, — считай, что нам повезло!

Илина посмотрела на него — и все поняла.

— Эти люди стреляли в тебя!

— Не знаю, — хмыкнул он, — я не успел их об этом спросить.

Ее стала колотить дрожь. Он накинул ей на плечи свое пальто. Властно и твердо посмотрел в глаза.

— Никто не должен об этом знать. Поняла? Никто! — Она молча кивнула. Отыскала его руку и нежно пожала. Стараясь не стучать зубами, проговорила тихо:

— Тебе, наверное, еще труднее, чем мне… — ее голос прозвучал виновато и мягко.

Такси остановилось у отеля, и они поспешно вышли. Пока Чезарио расплачивался с водителем, швейцар проводил Илину, вбегавшую в дверь, изумленным взглядом.

Чезарио вынул двадцатидолларовую купюру и показал ее водителю:

— Вы никогда нас сюда не привозили! — Деньги исчезли в руке шофера.

— Я вас вообще никогда не видел! — радостно ответил он и тут же отъехал.

Чезарио открыл комнату и пропустил Илину вперед. Она задержалась в дверях:

— Может, я поднимусь к тебе? Мне страшно сегодня одной…

— Нет, — ответил он, но потом подумал, что провести с нею ночь — вовсе неплохая идея… — Мне надо переодеться и привести себя в порядок. А потом я спущусь к тебе.

Большой Датчанин сидел один в своем кабинете, в офисе своего профсоюза. Перед ним стояла початая бутылка виски. Снизу доносился приглушенный звук утренней профилактической проверки.

Он плеснул из бутылки в стакан и опрокинул содержимое в рот. Жидкость обожгла горло.

Может, парни были правы, не советуя ему самому браться за дело? Он слишком большой человек, чтобы заниматься исполнительской работой. Ее и впрямь лучше поручать желторотым юнцам. Может, они и не сделают все как надо, но им меньше терять, чем ему!

Он вспомнил свою юность, и ему стало грустно… Ах, добрые старые времена! Тогда все было впереди. И вещи тогда назывались своими именами, а если кто становился поперек дороги, ты попросту сбивал его с ног. И не надо было каждый свой шаг с кем-то обсуждать, и не надо было по любому поводу советоваться…

Он вспомнил, как Леп вызвал его и Сэма к себе в Бруклин.