— Значит, вам придется поехать к нему прямо сейчас?

— Я не могу отказаться от приглашения Его Величества, мне надо ехать, — ответил он. — Но я отлучусь ненадолго.

— Могу я поехать с вами?

— Это будет не совсем удобно. Мне кажется, король хочет обсудить со мной некоторые политические вопросы. Если же со мной приедешь ты, он, как истинный француз, будет отвлекаться и осыпать тебя комплиментами.

Фелиция вздрогнула.

— Я лучше останусь здесь, — решила она.

— Хорошо, — сказал герцог. — А чтобы тебе не было так грустно, я обещаю выяснить, какой балет показывают сегодня вечером. Если что-нибудь хорошее, я закажу ложу. Тогда мы пораньше пообедаем и поедем смотреть спектакль.

Фелиция радостно всплеснула руками.

— Мы, правда, можем поехать?

— Мы поедем.

Они вошли в дом. Герцог велел заложить экипаж, а сам поднялся наверх переодеться.

Когда он спустился вниз, Фелиция ждала его в гостиной.

— Я написал письмо мадам Гутье, — сказал герцог, — в котором поблагодарил ее за вчерашний прием.

— Мне тоже следовало написать записку? — поспешно спросила Фелиция.

— Я думаю, ей будет приятно, — кивнул Дарлингтон.

— Я тотчас же займусь этим.

К герцогу подошел слуга.

— Фаэтон запрягли, ваша светлость. Кучер ждет вас. Все готово.

Герцог передал слуге конверт, который держал в руке.

— Отправь это мадам Гутье, — приказал он, — после того, как мадемуазель Фелиция передаст тебе свое письмо.

В это время камердинер протянул герцогу его цилиндр, перчатки и трость из слоновой кости.

Герцог повернулся к Фелиции. Он улыбнулся девушке и ласково произнес:

— Я обещаю долго не задерживаться. Когда закончишь с письмом, посмотри мою библиотеку и выбери себе книги, которые ты хочешь взять с собой в Англию.

— Об этом меня и просить не надо, — оживилась Фелиция. — Могу я взять столько книг, сколько захочу?

— Можешь забрать хоть всю библиотеку, хотя в замке она гораздо богаче.

Фелиция засмеялась. Герцог подумал, что в жизни не слышал ничего более приятного для слуха, чем этот радостный смех.

Она проводила герцога до порога и смотрела, как он садится в фаэтон.

Кто-то говорил ей, что глядеть вслед уезжающему экипажу — плохая примета.

Фелиция вспомнила об этом и отвернулась от окна.

Фаэтон выехал через позолоченные ворота на широкую улицу.

Фелиция поднялась в библиотеку. Книги манили ее, но сперва надо было написать благодарственную записку мадам Гутье.

Девушка села за большой письменный стол и склонилась над листом бумаги.

В это время дверь открылась и вошел лакей.

— Прошу прощения, мадемуазель, — начал он. — Из монастыря Святой Терезы приехали две монахини, они хотят видеть вас. Прикажете пригласить их?

— Монахини! — воскликнула Фелиция. — Конечно, проси, я приму их.

— Я проводил их в гостиную, мадемуазель.

Фелиция отложила лист бумаги, поднялась и поспешила в гостиную. По пути она гадала, кто же это мог быть. Девушка надеялась, что это сестра Маргарита, которую она любила больше всех, или же сестра Мария, молодая общительная девушка.

Фелиции не терпелось показаться им в новом красивом платье и сообщить, что она уже завтра уезжает в Англию. Девушка поспешила по коридору, лакей открыл перед ней дверь в гостиную, и она вошла.

В дальнем углу комнаты лицом к окну действительно стояли две монахини.