Из мрака прямо перед ним с клинками наголо появилось трио оборванных и окровавленных солдат Федерации. Как только они его заметили, то замедлились, поднимая свое оружие. Готовясь к схватке, Пид вынул свой собственный меч. У него не было сил одолеть их, он ослаб от потери крови, а боль замедляла все его движения. Он пытался придумать, как бы справиться со всеми тремя, но мысли оказались вялыми и расплывчатыми.

Он крепче сжал свой меч.

Затем из клубящегося позади наступающих солдат дыма выскочила невысокая, облаченная в черную форму фигура, короткий меч сразил сначала одного, затем другого врага, причем эти удары были настолько стремительны, что оба выбыли из битвы до того, как поняли, что же произошло. Третий успел развернуться и встретил атакующего, который своими увертками и обманными ударами заставил солдата вертеться и тем самым снизить свою защиту.

Через пару секунд все трое лежали мертвыми.

Трун подскочила к Пиду и закинула его руку на свое плечо:

— Пора уходить, капитан.

Она практически перетащила его через палубу горящего корабля к правому борту. Возле ограждения с погнутой рамой лежал разбившийся здесь ранее флит.

— Он не выдержит нас обоих, — произнес он. — Оставь меня.

Она не обратила на него внимания, развернув флит так, чтобы его нос смотрел на левый борт воздушного корабля, затем вскрыла крышку отсека диапсонового кристалла и вытащила уже истощенный кристалл. Засунув руку в свой рюкзак, она достала запасной и установила его на место. Как она ухитрилась не потерять свой рюкзак после того, через что ей пришлось пройти, для Пида было непостижимо.

— Что с остальными?

Она уложила его на раму, надежно закрепив ремнями и веревками:

— Насколько мне известно, все погибли.

Их окружали густой дым и языки пламени, образовав стену, которая скрывала их от всего, что находилось за ее пределами. Где–то поблизости дико закричали солдаты Федерации, и они услышали стук сапог по палубе судна в направлении разрушенного орудия. Трун игнорировала их, сосредоточившись только на стоявшей перед ней задаче, ее движения были четкими и уверенными. Когда она убедилась, что он крепко пристегнут, то легла на него сверху, обвив руки вокруг его груди, а ногами зацепившись за заднюю перекладину  рамы.

— Готов, капитан? — прошептала она.

— Готов.

— Приятного будет мало. Держись крепче.

Она открыла парсионную трубу, отжала до конца рулевые тяги и до упора вдавила рычаг двигателя. Флит рванулся вперед, как выпущенный из катапульты, разорвав завесу дыма и пламени, поднявшись с палубы через разбитые ограждения, что дало вполне достаточно места для разгона.

Спустя мгновение они уже парили над летным полем Федерации под нарастающие крики солдат внизу и сопровождаемые целым роем проносящихся мимо них снарядов. Пид услышал ворчание Трун, и она еще сильнее обхватила его руками. Он почувствовал жжение в ноге, потом еще одно на шее. Закрыв глаза, он стал ждать смерти. Флит дергался во время полета из–за поврежденной рамы, не совсем способный выправить траекторию. Однако Трун удавалось выравнивать их полет, стремясь как можно быстрее добраться до спасительной темноты.

Связанные вместе, они летели, казалось, до невозможности долгое время, неустойчиво скользя в ночи; флит постоянно дергался, как будто ужаленный, так что рама дрожала. Пид хотел взглянуть назад, чтобы понять, была ли за ними погоня, но ему не доставало ни сил, ни свободы движений. Поэтому он постарался успокоиться и перестать шевелиться, чтобы не создавать помех их полету.

— Они гонятся за нами? — спросил он наконец сквозь ветер, который сдувал его слова.

Она прижалась плотнее:

— Где–то позади, но нас пока что не обнаружили.