У нее по–прежнему был шанс.

Одного за другим она подтащила мертвецов к краю печи и сбросила их в горнило. Этим она не скрыла следов борьбы и пролитой крови, но сделала более трудными попытки определить, что же здесь произошло, для тех, кто, в конце концов, сюда заглянет. Это давало ей дополнительный запас времени и расстояние. Только на это ей и оставалось надеяться.

Потратив последние силы, она села, прислонившись спиной к ограждению, и достала Эльфийские камни. Она должна попробовать воспользоваться ими, даже если их магия привлечет внимание Шейди и остальных мятежных друидов. Ей придется надеяться, что они зарегистрируют, что источник магии находится в зале печи, и посчитают, что это вызвано уничтожением камней в пламени.

Хайбер покачала головой. Ей хотелось бы, чтобы был другой способ. Но приходилось довольствоваться тем, как все обстояло, и не было смысла желать невозможного.

Она высыпала Эльфийские камни из мешочка на ладонь, на секунду задержав на них взгляд. Затем плотно обхватила их пальцами, вытянула руку и призвала магию.

В этот раз это оказалось легче, чем прежде, возможно, потому что она уже привыкла к процессу и лучше его воспринимала. Знакомое тепло растеклось от кисти по руке и всему телу, а потом обратно. Когда ее заполнила магия камней, она сконцентрировалась на том, что ей было нужно найти — тайные проходы крепости, и в зажатом кулаке ожил синий свет, который начал просачиваться между пальцами. Потом внезапно он вырвался из ее сжатой ладони тонким, длинным лучом, пронизывая жаркую атмосферу зала печи, проникая в камень и темноту, высвечивая путь вперед.

Она смотрела на открывшийся ей маршрут, петляющий по проходам и лестницам, прорезая стены цитадели, неуклонно поднимаясь наверх до тех пор, пока не закончился у стены, в которой находился тайный вход в покои Ард Рис. Странное свечение проникало сквозь щели секретной двери, указывая на то, что в комнате была какая–то магия.

Потом видение вспыхнуло и исчезло, синее свечение магии Эльфийских камней погасло и пропало тепло, которое ее наполняло. Она сидела на мостках, прислонившись спиной к ограждению, ясно и четко запомнив то, что ей было только что показано.

* * *

Высоко в северной башне, в нескольких этажах ниже покоев, переплетенных смертоносной сетью триатины, в холодной камере для регистрации возмущений, вызванных неизвестным применением магии, стоявший на дежурстве друид заметил всплеск на безмятежной поверхности магических вод. Он наклонился вперед, когда волны от этого всплеска стали расходиться кругами, чтобы убедиться в том, что он видел.

Источник возмущения находился в крепости друидов.

Он долгое время размышлял, что же это значило. Магией часто пользовались в Параноре, поэтому подобные возмущения не были необычными. Однако, этот всплеск говорил о применении более мощной магии, чем при обычном колдовстве. Он знал, что должен об этом доложить. Но также понимал, что если решит так поступить, то ему придется предстать перед Шейди а'Ру, а в эти дни делать подобное не хотелось никому.

Он решил еще раз обдумать случившееся. Возможно, что об этом использовании магии было известно Ард Рис. Может быть, даже это сделала она сама. Друид на посту не хотел вмешиваться туда, куда его не приглашали. В вопросах, связанных с Паранором и орденом, стоило проявлять осторожность — особенно тем, кто не был в числе приближенных.