Проход за дверью был темным, узким, с затхлым воздухом. Ей пришлось вернуться, чтобы забрать пару факелов из коридора, ведущего в зал печи, один, чтобы освещать путь, а другой — про запас. Чтобы сделать это, ей потребовалось приложить немалые усилия, и она задумалась, откуда ей взять столько сил, чтобы подняться в цитадель. Ей нужны были пища и вода, но внутри этих стен не было ничего, что можно было съесть или выпить.

При помощи магии она зажгла первый факел и двинулась вперед.

Проход состоял из ряда коротких, отдельных сегментов и закончился у лестницы. Лестница поднималась серпантином вверх на несколько сотен ступенек до какой–то двери. Дверь была открыта и за ней продолжался второй проход. Сначала не приходилось выбирать, каким путем следовать, дорога ввела только вперед или назад. Но когда она благополучно прошла второй проход и поднялась еще по одной лестнице, все изменилось. Проходы неоднократно разделялись, а лестницы, по которым она шла, вели и наверх, и вниз. Она все еще помнила, каким путем ей нужно следовать, однако была вынуждена не один раз останавливаться и вспоминать правильное направление.

Когда она дошла до места, откуда коридоры расходились каким–то лабиринтом, о котором она ничего не могла вспомнить, у нее появился почти неодолимый соблазн воспользоваться Эльфийскими камнями. Она боялась, что сделав неправильный выбор, безнадежно заблудится. Девушка лихорадочно перебирала мысли, у нее почти не осталось уверенности, и на какой–то момент, она почти поверила, что собирается совершить ошибку. Однако заставила себя успокоиться, дала себе минуту на размышления и подавила желание действовать второпях. Когда она снова тронулась в путь, то почувствовала, что идет правильной дорогой.

Довольно скоро первый из двух факелов погас. Если и второй прослужит столько же, ей придется остаться в полной темноте. К этому моменту она находилась глубоко внутри верхних уровней Паранора, проходя мимо дверей в стенах, через щели которых с той стороны сочился свет. Она не представляла, куда вели эти тайные двери, и не было никакого желания это узнать. На каждом уровне коридоры, по которым она проходила, разветвлялись в десятки направлений. Это было печальным открытием. Стены Паранора, как и его обитатели, изобиловали секретами.

Несколько раз она останавливалась, чтобы передохнуть, прочистить свою голову и дать возможность утихнуть жару и боли. Все тело ныло, она так устала, что почти не сомневалась, что вскоре свалится с ног.

Хайбер сожалела, что многого не знает о целительной магии. Она воспользовалась тем немногим, что ей было известно, чтобы очистить свое тело от инфекции и восстановить быстро истощающиеся силы. Однако этого было мало. Полученные травмы подрывали ее силы и концентрацию. До сих пор ее поддерживали только решимость и адреналин. Если вскоре она не доберется до своей цели, то вообще не дойдет туда никогда.

Время шло, и она продолжила двигаться сквозь тьму, путь в которой освещал дымный свет факела. Она чувствовала себя так, будто ее похоронили, зарыли в землю под тоннами камня. Чернота коридоров и лестниц оставалась неизменной. Единственным светом был ее факел. В своей голове она видела какие–то движения и слышала повсюду какие–то шумы.

Я могу это сделать, продолжала она говорить самой себе.

Вскоре после того, как проход сузился настолько, что по нему мог пройти только один человек, она впервые столкнулась с нитями друидской магии. Она сразу же их заметила, умению определять их присутствие научил ее Арен Элессдил. Однако, на самом деле, эти нити оказались обрывками разорванной сети, забытыми и свободно болтающимися; это были остатки какой–то более сложной магии, которую когда–то установили здесь. Она весьма осторожно изучила их только своими ощущениями, поскольку прикосновение к ним могло все еще предупредить того, кто разместил эту магию. Однако, кто именно это сделал, она не могла сказать.