Она подумала над эти вопросом, а затем покачала головой:

— Думаю, нет. Я считаю, что это произойдет только в присутствии кого–то из плоти и крови.

— Значит, это может сработать. Нам не потребуется очень много нашей собственной магии, чтобы это осуществить, и если нам повезет, то нас не обнаружат. Ты сказала, что магия триатины довольна сильная?

Она кивнула.

— Тогда, возможно, она поможет нам скрыть нашу собственную магию.

— Что вы собираетесь делать? — произнесла Рю, когда и Тагвен подошел к ним поближе.

Бек снова присел на корточки:

— Что, если Хайбер сможет воспользоваться Эльфийскими камнями, чтобы отыскать слабые места в этой триатине? Ведь эти камни поисковые, они должны суметь это сделать. Если она сможет определить, ну, с десяток таких мест, то я думаю, что смогу при помощи песни желаний ослабить их еще больше — настолько, чтобы любая сила, направленная на них после того, как сеть упадет, разорвала ее в клочья.

Рю с сомнением покачала головой:

— Это ведь очень тонкая работа, не так ли? Если ты ослабишь хоть одну из этих нитей слишком сильно, она порвется прежде, чем нужно. А коли такое случится, не обнаружит ли это Шейди? Вообще–то, не обнаружит ли она любое вмешательство в триатину?

Подумав над такой возможностью, Хайбер наклонилась вперед:

— Может быть, и нет. Обнаружит, если Бек порвет одну из нитей, что создаст прореху в переплетениях сети, которую сразу же заметит любой. Но ослабление нитей не так–то легко увидеть, ведь со временем сеть сама постепенно разрушается. Магия понемногу исчезает, и триатину приходится восстанавливать. Поэтому такой подрыв, который предлагает Бек, вряд ли привлечет внимание.

Все  четверо  переглянулись.

— Есть другой способ? — напрямик спросил Тагвен.

Никто ничего не сказал. Они все знали ответ.

Дворф проворчал:

— Тогда вам лучше начать.

* * *

Гораздо дальше и глубже в недрах крепости Кермадек и его тролли пробирались через проходы нижних уровней, следуя с осторожностью за Трефеном Морисом и Беллизен. Стремясь добраться до северных стен Паранора, они непреклонно прокладывали путь наверх из зала печи. План Кермадека состоял в том, чтобы подобраться как можно ближе к самой удаленной из этих стен, чтобы взять под контроль небольшие ворота, те, которые не будут достаточно хорошо охраняться.

Кермадеку было известно то, чего не знали ни Шейди, ни ее гномы–охотники. Ворот было слишком много для того, чтобы их постоянно охраняли, и многие небольшие ворота были опечатаны на многие годы, чтобы предохраниться от сюрпризов появления непрошеных гостей. Однако уже давно матурен распечатал одни из них, чтобы у Ард Рис была возможность тайно покидать замок, не тратя времени на то, чтобы сначала добраться до зала печи, а потом идти по нижним туннелям. Когда он приходил к цитадели, она ускользала из крепости через эти ворота к местам встреч снаружи стен Паранора, о которых они договорились заранее.

Эти распечатанные самые маленькие ворота были их наилучшим шансом прорвать оборону Паранора. Они представляли собой всего лишь небольшую дверцу. Через них не получится пройти всей армией, но если троллей проникнет достаточное количество до того, как это обнаружится, они смогут занять одни из главных ворот, оказавшись внутри крепостных стен. По мнению Кермадека, именно так падет Паранор.

Но добраться до северной стены незамеченным, не говоря уже о воротах, будет трудно для любого человека, тем более для целого десятка. Вскоре стало ясно, что внутри крепости ведутся какие–то поисковые мероприятия. Дважды они лишь чудом избежали своего раскрытия, в первый раз они услышали приближение поискового отряда и успели свернуть в другой коридор, а во второй — потому что стали гораздо осмотрительнее после первого случая.